Рен пришлось навалиться плечом на дверь, ведущую во внутренний двор, надавить всем своим весом, чтобы она сдвинулась с места. Когда дверь наконец распахнулась, метель выдернула ее за рукава и столкнула в такую стужу, что Рен с трудом перевела дыхание. Эльске выскочила вслед за ней, с впечатляющим изяществом перенеся резкую смену температуры.
Тор ходил по двору, двенадцать отвязанных зверей следили за каждым его движением. Он поднял кулак, и они упали на землю, как костяшки домино. Короткий резкий звук свистка поднял их на ноги, в то время как простой щелчок пальцами отправил бегать по арене. Наблюдение за Тором в его естественной среде обитания заставило Рен на мгновение забыть о метели. Солдат был спокоен, Он не боялся этих хищников, с клыков которых капала кровь. Тор управлял зверями с такой же уверенностью, как и мечом, и они уважали его за это. Нет, они любили его.
Рен плотнее запахнула накидку, чтобы защититься от свирепой бури. Тор встрепенулся при ее приближении, его подбородок приподнялся, как будто он уловил ее запах на ветру. Или, возможно, это был вой Эльске, который заставил его обернуться.
– Рен! – крикнул он, поднимав руку ко лбу. – Это ты?
Рен помахала ему:
– Тут кое-кто хочет тебя увидеть!
Тор повернулся к животным и отдал команду. Они тут же вскочили и поплелись в свой загон на краю двора. Тор потянул затвор вниз, закрывая их изнутри. Затем подошел к Рен, двигаясь сквозь снежную бурю с неестественной легкостью. Эльске бросилась ему навстречу, и Тор растаял вокруг нее, как лужица, уткнувшись лицом в ее мех и поцеловав в макушку.
Наблюдая за ними, Рен тоже немного растаяла. Затем поднялся ветер и ударил ей в лицо. Тор в одно мгновение оказался на ногах. Он обвил сильной рукой ее талию, прижимая к себе, и повел к деревянной хижине.
– Заходи, отсюда тебя не унесет ветер.
– Это будет самое худшее? – пробормотала Рен, осматривая хижину: очаг в углу, пустые кружки из-под чая на столе. Видимо, здесь солдаты отдыхали. А теперь непогода загнала их всех во дворец.
Хижина задрожала от порыва ветра, когда Рен устраивалась на скамье у пустого камина, мечтая о кружке чая. Эльске свернулась калачиком у ее ног, согревая их. Воздух пропитался морозом, но, по крайней мере, они были защищены от самой сильной снежной бури.
– Что ты делал на улице в такую бурю? – спросила Рен, потирая руки, пытаясь согреться. – Ты простудишься и умрешь.
– Метель пугает животных, а тренировка отвлекает. – Тор присел на корточки у камина и подбросил в него дров. – Веришь или нет, мне нравится дикость метели. Только так я слышу свои мысли. И она напоминает мне о доме.
– Тогда прости, что нарушила твой покой. – Рен наблюдала, как двигаются мускулы на его плечах под пальто, когда он разводил огонь.
– Я искал тебя, – сказал Тор, – тебя не было в спальне.
– Я ходила к Аларику.
– Зачем? – Солдат нахмурился.
– Он пришел забрать Анселя, – быстро проговорила Рен. Какая еще причина могла бы заинтересовать Тора? – Теперь его спрятали в королевском гардеробе, чтобы никто его не обнаружил. – Рен посмотрела на свои руки. – Аларик зол на меня.
– Что ж, – вздохнул Тор, – разве можно винить его?
– Да, – твердо ответила Рен, – мы оба это сделали. – Она заметила, как напряглись мышцы на шее Тора, и продолжила: – Я не хотела, чтобы Ансель вернулся таким, Тор. Если ты больше ничему не веришь, пожалуйста, поверь этому. – К ее ужасу, у нее начали дрожать губы. – Я просто хотела сделать как лучше. Для него. Для Банбы. Для тебя. Я думала… Я думала…
– Я знаю, что ты думала. – Он чиркнул по куску кремня и подул на искру, пока дерево не загорелось. – Но некоторые вещи нельзя изменить, как бы сильно мы этого ни хотели. – Он посмотрел на нее через плечо, шторм в его глазах был таким же неистовым, как и метель, что давила на них снаружи. – Никто не может повернуть время вспять. Даже ты.
От нежности в его голосе у Рен мурашки побежали по коже. Даже если он злился, она могла поспорить с ним, воздвигнуть стены и словесно наброситься на него. Но ее остановил ужас в его голосе и страх в глазах. Страх за нее.
– Не знаю, как все исправить. – призналась она. – Я совершила такую ужасную ошибку, и пути назад нет. И теперь Банба заплатит за это. Если с ней что-то случится, – она прижала кулаки к глазам, пытаясь остановить слезы, но они сотрясали ее плечи и текли по лицу, – я не вынесу этого, Тор. Я просто не смогу!
Скамейка заскрипела, когда он сел рядом с ней, тепло его тела и близость заставили ее сердце сжаться.
– Иди сюда! – Он обнял ее одной рукой и притянул к себе. Рен уткнулась носом в его воротник, вдыхая горный аромат. – Просто дыши. – Он коснулся губами ее волос. – Это все, что ты сейчас можешь сделать.
Рен закрыла глаза. Его грудь вздымалась под ее щекой, ровный ритм его дыхания убаюкивал панику внутри ее. Ей хотелось свернуться калачиком и уснуть, забыть обо всех неприятностях, которые подстерегали ее за снежной бурей.
– Спасибо, – прошептала она, – за этот момент, за доброту.
