Мы сидели в гостиной и чаевничали под мерное бурчание телевизора. Лиззи умудрялась листать учебник, смотреть сериал, пить чай и читать письмо от матери. Одновременно.
— Ничего ты не понимаешь, — сложила листок и положила обратно в конверт. — Но если когда-нибудь ты приедешь ко мне в Эдинбург, то я, так и быть, сварю тебе грибного супа, и тогда, может быть, ты поймешь, чего именно была все это время лишена.
— Пфф, — Лиззи выплюнула чай на иллюстрацию в учебнике по анатомии.
Строение человека. Мышечная система. Жуткое зрелище.
— Эдинбургские грибы — звучит устрашающе. Особенно в свете последних новостей, — хихикнула она.
— Да ну, дурь несусветная, — отмахнулась я.
Доверие к журналистам пропало у меня окончательно пару недель назад, когда газеты выдали очередную новость. В день протестов, в крошечном поселке на границе с Эдинбургом у всех местных жителей разом пошла носом кровь.
Пострадавшие обвинили в происшествии наш лес. Нет бы проверили, какую гадость выбросил в воздух местный завод. Не удивлюсь, если виноватого и придумали его владельцы. Как удобно назначить Эдинбург источником всех бед.
Он ведь не может ответить.
— Мистифика-а-ция, — протянула Элизабет и печально вздохнула над испорченной иллюстрацией.
— Ага-ага, дух леса надавал соседям подзатыльников, — скептически добавила я. — Причем именно соседям, своих трогать не стал. Какая избирательность!
Элизабет хихикнула, вновь уткнулась в мамино письмо, а потом удивленно изогнула брови.
— Что такое? — я вскрыла ножом письмо от Ральфа, но прочитать не успела, отвлеклась на реакцию подруги.
— Никки уехал из поместья. Судя по письму, на утро после протестов.
— Куда уехал?
— В столицу, — глаза Лиззи бегали по строчкам письма. — Мама пишет, что учиться.
— Учиться? В колледж? А почему к нам не зашел?
— Куда он поехал учиться, он сообщить нужным не посчитал, — вздохнула она. — Но отец, судя по всему, в курсе. Потому что когда мама все-таки до него дозвонилась, он ответил ей, чтобы не переживала и занималась собой.
— Дурдом, — заметила я и зажала рот руками. — Прости, — искренне извинилась.
К чему расстраивать её еще больше?
Она со злостью отложила письмо.
— За что? Это ведь и правда — дурдом. Ты знаешь, Ана, глядя на брак моих родителей, я думаю, что замужество — это худшее, что может случиться с женщиной!
Я вздохнула. Возражать бессмысленно. Пример моей семьи только сильнее расстроит её.
— Расскажи, что пишет тебе брат? — перевела она тему.
Я кивнула. Развернула письмо и зачитала его вслух.
«Привет, сестренка! Прости, что так долго не писал. Меня тут немного наказали, но всё уже в порядке! Не волнуйся».
— Наказали? — охнула Лиззи. — За что?
— Мне тоже очень интересно, — буркнула я.
«Я жил в комнате один, а тут ко мне заселили какого-то малолетку. Мы немного повздорили. Ну, хорошо, ладно, мы сильно повздорили и случайно немного повредили наше крыло».
— Это же как надо было повздорить? — пробормотала я.
«В общем, всех наших переселили в другой корпус».
— Нормально повредили, — хмыкнула Лиззи.
«И теперь, пока наше крыло будут отстраивать, мы вдвоем обязаны таскать грязные вещи в прачечную старших курсов. Потому что наша прачечная случайно оказалась разрушена».
— Сколько случайностей! — скептически заметила я.
«Но это ерунда, зато у меня теперь есть друг. Нормальный оказался парняга, хоть и странноватый чуток. В общем, жди в гости. Мы, наверное, вдвоем придем. Целую крепко. Ральф».
— Во всяком случае, Ральф настроен позитивно, — расхохоталась Элизабет.
— Да уж, — я покачала головой. — Это не может не радовать.
— Итак, повторяюсь, для задания необходимо разбиться на пары. Оценивать я буду совместную работу. До встречи через неделю.
— До свидания! — хором ответили мы и принялись собирать конспекты со стола.
В небольшой аудитории поднялся гул. Я убрала ручку в пенал, отправила туда и розовый фломастер. Тедди подал мне толстую тетрадь — мы сидели вместе. Я буркнула «спасибо» и закинула её в сумку.
К следующему занятию нам необходимо было разобрать знаменитый Открытый Договор Большой Пятерки. Но, несмотря на название этого документа, открытым его можно было назвать с большой натяжкой. Полного текста в публичном доступе не было. Задание преподавателя было с большой подковыркой.
А что мы хотели, хочешь быть юристом — умей вертеться. Но не к Холду же мне за ним идти? Разберу, что найду. Вздохнула. Три, значит три.
— Алиана, а ты с кем будешь в паре? — обратилась ко мне Сюзи.
— Со мной, конечно, — ответил за меня Теодор.
— Жаль, — улыбнулась девушка.
К нам подошла Ольга, взяла подругу под локоть и сказала:
— Отстань от этой сладкой парочки. Тедди не отдаст тебе Алиану, он же в неё с первого дня вцепился!
Теодор утвердительно кивнул.
— Я и не отрицаю, — с достоинством ответил он.
— Ну и жук же ты, дружище! — хлопнул его друг по плечу. — У Холда-то ведь точно есть полный текст!
Я поморщилась.
— Иди-иди, — хохотнул Тедди в ответ. — Не завидуй!
