«Ани, как же ты наивна», — вспомнила я жалость любимой подруги. Прищурилась, осмотрела его с ног до головы. Пристально взглянула в его глаза и улыбнулась:
— Говори.
Теодор закаменел, расправил плечи, снова показав истинного Дарема, аристократа в бесчисленном поколении. Опасен. Циничен. И Лиззи была права.
Мне давно пора перестать витать в облаках. Люди — всего лишь люди. Не хорошие, и не плохие. Разные. И не стоит ждать от волка любви к овце, разве что гастрономической.
Может быть, пора прекратить быть овцой?
Говори, Теодор, что ты соврешь мне сейчас?
— Я сделал ошибку, солгав тебе, Ани, — неожиданно удивил меня он.
Я выгнула бровь. Тедди дернул меня за кончик шарфа и добавил:
— Мне не нужна Ольга. Мне нужна ты.
Почему ты передумал? Почему признался? Я с интересом смотрела на его лицо. Красив, умен. Разбираешься в людях, в отличие от меня.
Что изменилось, что побудило тебя переобуться на ходу?
— Ты любишь её, — спокойно заметила я.
— Да, возможно, — снова честно ответил он. — Сейчас. Но любовь скоротечна, а браки заключаются не на небесах. Я стану тебе хорошим мужем, снеговичок.
Мне стало смешно. Может ли стать хорошим мужем тот, кто уже однажды предал? Не думаю.
Зачем он заставил Ольгу поверить в чудо? Зачем вынудил признаться в чувствах? Как жестоко он играет с любовью!
Злость поднялась темной волной. Дикая, бесшабашная ярость.
А я поиграю с тобой.
— Проверим? — я наклонила голову.
— Как? — улыбнулся Теодор.
— Поцелуй меня, Тедди, — рассмеялась я. — Или тебе не хочется?
Мне — хочется! Хочется проверить, к чему ты готов. Хочется стереть вчерашний день. Закрыть черную дыру в сердце. Забыть горячие губы! Перестать вспоминать! Даже сейчас…
Тедди наклонился ко мне, я обхватила его за шею.
Пустота. Холодная равнодушная бездна. Словно целуешь стеклянный стакан.
Я аккуратно отстранилась. Тедди потянулся ко мне, и я выставила руку, упираясь ему в грудь. Он растеряно на меня посмотрел.
Наши чувства разнились?
Не имеет значения.
— Попроси моей руки у Холда, — спокойно сказала я. — Без его согласия, я не дам ответ.
Я отвернулась и, не дожидаясь приятеля, уверенно направилась к нашему корпусу. Надо же, как это неприятно — опаздывать.
Красный кирпич влажно блестел под ногами. Голые деревья понуро смотрели вслед. Серое небо столицы, щедрое на мелкий противный дождик зимой. Лучше бы снова шел снег.
Как вчера?
Красный кирпич. Красное марево Холда и жадная черная тьма.
Что ты такое? Почему я приняла тебя как норму? Почему всякий раз, думая о тебе, я почти мгновенно перескакиваю на другие мысли? Как будто что-то рассеивает мое внимание, аккуратно и незаметно отвлекая.
Ты ведь совсем не фантазия, не плод воображения, и даже безумие — это тоже не ты.
Что ты?
И почему сегодня молчишь?
Тяжелая дверь нашего корпуса. Круглая ручка. Скрип петель. Гардероб.
Молчишь, скрываясь внутри, свернувшись клубком. И стыдливо прячешь голову в длинном своем хвосте. Будто змея.
Смертельно ядовитая змея.
В холле было несколько мужчин в синей повседневной форме имперских гвардейцев. Кто-то из высоких гостей решил посетить университет?
— Пожалуйста, — пожилая работница подала мне овальный жетон с номерком.
– Спасибо.
Зеркало, мое отражение в нем. Длинные белые волосы на темном платье. Я не успела заплести их. Посмотрела на расписание, нашла номер аудитории. Второй этаж. Кивнула сама себе, уверенно поднялась по лестнице. Еще несколько гвардейцев.
Постучала в закрытую дверь.
— Простите за опоздание, можно войти?
Это было общее занятие, в огромной аудитории не было ни одного свободного места. Занято было всё, от первого ряда до самой галерки. Удивительная посещаемость для довольно скучной "Судебной системы Империи".
Приглашенный эксперт! Видела ведь пометку в расписании. И так некстати проспала.
— Проходите, — с улыбкой ответил лектор, и я застыла от удивления.
Юрий?
Тело среагировало быстрее разума, и я изобразила заученный поклон. Тедди, кажется, повторил мужской вариант приветствия. Взял меня под локоть. Я скривилась от боли. Совсем забыла, там ведь синяк. Патрульный не был особенно нежен со мной вчера.
Зато был нежен кто-то другой.
Нежность? Какая, к черту, нежность?
Сумасшедшая, дикая страсть.
— Оставьте церемонии, — голос наследника выдернул меня из мыслей. — Не задерживайте занятие, господа студенты.
Я быстрым шагом проследовала к проходу, поднялась на несколько рядов наверх. Какой-то брюнет демонстративно подвинулся, уступая мне место с края. Улыбнулся, я улыбнулась в ответ и села на предложенное место.
Для Теодора местечка рядом не нашлось. Впервые за весь этот семестр.
Синие мундиры гвардейцев и здесь. Я насчитала пятерых. Зачем наследнику столько охраны?
Черная змея, откуда ты взялась? Как вошла в моё тело, и по какому праву пытаешься распоряжаться им?
— Ваши вопросы? — спросил студентов Юрий.
Аудитория заволновалась. Кто-то спрашивал с места, кто-то вставал. Юрий смеялся, отвечал. Очаровательный принц. Как и всегда.
Тяжелый взгляд Холда. Смуглые пальцы на белой коже.
— А можно вопрос не по теме?
