Давнее приветствие, будто пароль, проверка друг друга на верность и преданность. Хранитель тайн принадлежал к древнему роду, имел божественное начало и являлся как другом так и врагом для всех, кто посвящал его в свои тайны. Подчас он знал больше, чем можно было предположить, знал обо всем и обо всех. К нему обращались за помощью в самых трудных случаях, и иногда он раскрывал свои уста, чтобы дать совет. Тайны оставались тайнами, но Хранитель мог направить в нужное русло мысли тех, кто его призвал на помощь.
Эльф был знаком с Зеем с детства, еще отец приводил его в дом, где тот был почетным гостем. Закрывшись в кабинете они подолгу вели какие-то беседы, иногда приглашали к себе Лаоля, чтобы поинтересоваться его успехами в школе. Еще тогда он запомнил крючковатые сильные пальцы Хранителя, которые так любили перебирать белоснежный жемчуг — неизменный атрибут в его руках. Сам же охранник впервые решил воспользоваться услугами Зея, но не знал, с чего начать и оттого медлил, подбирая слова.
— В чем дело, Оль? Ты никогда не звал меня, значит, что-то случилось. Что-то с чем ты не можешь справиться сам. Принцесса? — Лаоль едва заметно вздрогнул, когда Хранитель произнес это слово, его волнение не ускользнуло от проницательного Зея. — Вижу я прав. Дело в ней.
— Да. Ты все знаешь, не так ли?
— Может быть, — уклончиво ответил Зей и обошел эльфа, медленно перебирая жемчуг, — Что хочешь знать?
Методичное поскрипывание в его руках раздражало Лаоля, но он старался не показывать вида. Нервно хрустнул пальцами и, почесав подбородок, ответил:
— Прошло чуть больше месяца. Поиски не дали результата. Где она может быть?
— Где угодно, — пожал плечами Хранитель, — Ты сам знаешь, что количество миров никто не подсчитывал…
— Но она не умеет… пока не умеет пользоваться даром…
— Значит, кто-то помог…
— Кто?! — теряя контроль над собой выкрикнул эльф, но тут же понял, что был не прав.
— Я не даю ответы на вопросы, я только направляю.
— Прости… — Лаоль провел рукой по лицу, — Я слишком вымотан, мы ищем с утра до ночи и с ночи до утра. Вся ответственность лежит на мне. Мои охранники потеряли её след, мне и отвечать…
— Я понимаю, — Зей дружески похлопал Лаоля по плечу, — Проси совет у деймов. Их старейшина многое знает, гораздо больше, чем я. Как знать, быть может, там и найдешь ответ.
— Деймы — они же почти боги, как я могу?
— Я тоже почти бог, — угрюмо ответил Хранитель, — Когда твой путь уткнулся в стену, достаточно лишь слова — «помоги», как рядом откроется дверь. Неужели твой отец не научил тебя этой истине?
— Прости, — в очередной раз извинился эльф.
— Всему виной — гордыня, — покачал головой Хранитель. — Идем, я провожу тебя.
-
Хельга д`Аймон опустилась мягко на траву, перекатилась и, оглядевшись, поднялась на ноги. Прорываясь сквозь миры, иногда приходилось резко отпрыгивать в сторону, ведь никогда не знаешь, что ждет тебя там, за пределами портала. Первое проникновение за дверь Его Высочества, чуть не стоило ей жизни. Балансируя на краю пропасти, девушке удалось сделать шаг назад и перевести дух. Уже царила глубокая ночь. Полная луна светила так близко, что, казалось, протяни руку и можно потрогать её гладкую поверхность. Здесь она мерцала холодным светом и, будто зеркало, была гладкой и круглой, лишь ничего не отражала.
Хельга, облегченно выдохнув, присела на край уступа, посмотрела вниз. Глубина пропасти впечатляла…
Скорее всего она сделала глупость, что отправилась в это путешествие одна, и Грейс, наверняка, по этому поводу высказалась бы сочно, в своей манере поучения и назидания. Она не понимала, что её племяннице иногда требовалось внимание и немного сочувствия, а еще не помешала бы поддержка, хоть изредка.
Но что сделано, то сделано. И теперь вернуться домой можно было либо с наследником, либо не возвращаться вовсе. Смысл её жизни сейчас зависел только от юного повелителя. Хельга дотронулась рукой до болтающегося на её шее кулона, погладила, ласково прикоснулась губами. В этой маленькой капле (которая мелко дрожала, перекатываясь в её пальцах, как настоящая слеза), отлитой ювелиром по её просьбе, спала Злата — единственное близкое и родное существо. Теперь она была зернышком, согревающим свою госпожу в минуты отчаяния. Как и прежде верная эф-ми всегда сопровождала Хельгу. Укрытая в хрустальном коконе, как и прежде делила с ней горести и радости. Отчего-то первых в жизни было гораздо больше.
— Милая моя Злата, как бы мне хотелось, чтобы ты знала… — девушка вздохнула и прошептала, — ты и так знаешь, правда?
Хельга до сих пор не решилась вырастить эф-ми вновь. Боялась, что истории может повториться, боялась боли, которая так пока и не зажила в её душе. Это все равно, что порезать палец. Неприятно? Да. Но вполне терпимо, можно через время даже забыть. И лишь, когда на него просыпать немного соли, рана напомнит о себе с новой силой.
