Арлен и Зелла обменялись красноречивыми взглядами. Эти звери редко забегали в селение. Если такое случалось, то их отлавливали и при удобном случае передавали магам. Кошек тут не любили, но никогда не избивали. Арлен обнял рыдающую Касси, легонько прижал к себе, давая возможность выплакаться. Успокаивающе погладил её по светлой головке. Тихо произнес:
— Пойдем в дом. Я напою тебя теплым сладким чаем, а ты расскажешь мне, что случилось, хорошо?
Девочка кивнула и сильнее прижалась к нему. Арлен взял её на руки и отнес в дом. Там заикаясь и прерываясь рыданиями Касси поведала о случившемся.
— Она выживет, Арлен? Ты спасешь её?
— Посиди тут. А я постараюсь помочь твоей маме. Попробуем спасти твою кошку, — он подмигнул девочке и поспешил выйти во двор.
Зелла встретила его грустным взглядом и, качая головой, произнесла:
— Боюсь, ей нельзя помочь. Повреждения слишком серьезны.
— Я попробую, — Арлен склонился над кошкой, шерсть которой так перепачкалось кровью, что о её цвете приходилось только догадываться.
Сердце зверя едва стучало, дыхание было тяжелым и редким. Маг провел над ней рукой и скривился от боли. Его ладонь, когда-то отмеченная царапиной девочки-кошки на выпускном бале, вдруг дала о себе знать. Едва заметная отметина стала бурой и болезненной, как в тот вечер.
Маг удивленно приподнял брови — 'Неужели это она?' Вслух же произнес:
— Бедная девочка… Зелла, я унесу её с собой. Передай Касси — я сделаю все возможное, чтобы оживить эту кошку. Прощай. — Он поднял с земли вздрагивающее тельце, завернулся с ним в плащ и исчез в закружившем вихре.
Его дом находился в прекрасном местечке, окруженный с одной стороны лохматыми елями, с другой — высокими холмами, где трава сочная и бархатистая так и стелется под ногами. Он не стоял на возвышенности и не прятался в тени, а внезапно показывался во всей красе перед уставшим путником, вышедшим из леса или спустившегося с холмов. Дом был светлым и просторным. О`л Фресс всячески оберегал его от посторонних глаз, используя магический колпак, скрывал свое жилье, когда уходил надолго. Его обитель — место, где он мог отдохнуть, собраться с мыслями — не посещали гости. Даже с прекрасными дамами Арлен предпочитал встречаться вне его уютных стен. Именно сюда он принес с собой кошку.
— Ваша милость? — изумленно встретил его на входе Векин — преданный и верный слуга.
Уже много лет он живет вместе со своим господином в уединении. И не жалуется, лишь изредка отпрашивается повидаться с внуками.
— Да. Векин, я не один, — господин прошел в дом, бросил на ходу, — Кровь не моя, а этой несчастной кошки. Помоги мне. Принеси теплой воды и полотенце.
Слуга помог ему снять плащ и ушел выполнять распоряжение. Арлен опустил кошку на стол прямо в гостиной, засучил рукава и принялся внимательно обследовать её руками. Повреждений было много — ушибы, переломы, глубокие царапины…
Перед его мысленным взором возникла симпатичная девочка, с которой он так стремился познакомиться на выпускном. «У кошки нет имени», — насмешливо сказала она тогда, а Арлен решил во чтобы то ни стало узнать её имя.
— Ничего, мы с тобой будем жить, — грустно вздохнул он, сращивая ей переломанные кости. — Все у нас получится, Хельга, верно?
Маг заметил, как она повела ухом при упоминании имени. Значит, угадал.
Он отнял руки от кошки, все что мог — сделал, теперь нужно было только набраться терпения, чтобы ждать, пока к ней вернутся прежние силы.
— Векин, — обернулся он на подоспевшего с водой и полотенцем слугу, — Мне нужно идти. Присмотри за нашей гостьей, пока меня не будет.
Он вымыл руки, вытер их о полотенце и расправил рукава рубашки.
— Хорошо, ваша милость. Куда прикажете перенести её?
— …что? — Арлен очнулся от своих мыслей и растеряно посмотрел на слугу.
— Её перенести надо, ваша милость… — повторил тот, понимая, что господин был сейчас далеко от места их разговора.
— А… да, да, Векин. Перенесите в комнату для гостей. — Арлен накинул плащ, надвинул на глаза шляпу. — Буду поздно.
С этими словами он быстро вышел из дома и исчез за его порогом.
Говорят, что у кошек много жизней. Спорное утверждение. Хельга знала, что жизнь дается только одна. Независимо от того кто ты и к какой расе принадлежишь — божественное имеешь начало или простой смертный — только единожды можно воспользоваться даром Богов. Правда, не все готовы за него бороться. Она старалась. Златы больше не было рядом, тетушка — далеко… но чьи-то бережные руки дарили ей свое тепло. Хельга не знала кому они принадлежат, но мысленно благодарила за помощь всякий раз, когда чувствовала их прикосновение. Иногда она слышала голос — далекий, незнакомый, но согревающий. Слова были добрыми и приятными. Они помогали справляться с болью, помогали возвращаться к почти угасшей в ней жизни.
