Парень, разглядывая помещение, прошел в глубь мансарды, поиграл бровями, глядя на блондинку.
– М-м, хахаля своего защищаешь?
– Чего? – Штат удивленно ощетинилась, не понимая, к чему этот цирк.
– Шучу, успокойся, – отмахнулся Виктор, критичным взглядом осматривая картины. Снова нахально взглянул на парня. Дерзкая, похабная улыбка расползлась на тонких, злых губах. – Хотя не удивлюсь, если ты, Глеб, по-настоящему говном мазать начнешь. – Вик раскатисто засмеялся, словами втаптывая парня в грязь. – Со… нынешнее искусство – оно такое.
Штат хихикнула в кулак от дурацкой шутки, переглянулась с другом, поставила чашку на тумбу. Личность девчонки таяла на глазах, трансформируясь в показушную уверенность.
– По факту. – Она ярко улыбнулась, потягиваясь в кресле. – Глеб, конечно, недалеко ушел, но все равно лучше рисует.
Глеб зло взглянул на друзей. Ему показалось, что Штат мгновенно затянуло в поле придурка Виктора: тот успел оскорбить и его, и свою подругу, но Штат, вместо того чтобы защищаться, примкнула к нему.
– Спасибо за комплимент, – недовольно бросил Глеб, девчонка с наигранной улыбкой кивнула.
– Не за что, дорогой.
– Это был сарказм, – выплюнул слова парень, на что Виктор зло хмыкнул, увидев нужную болевую точку.
– Кто-то у нас обидчивый. – Он въедливо улыбнулся.
Штат поддакнула, поднимаясь с кресла.
– Творческая натура, что поделать. – Она тоже улыбнулась, пожимая плечами. – Обидеть художника может каждый. – Обернулась к Глебу. – Я заберу холст потом?
Глеб хмуро кивнул.
Эти двое существовать друг без друга не могли. Оба – поломанные и слишком чувствительные. По крайней мере Штат.
Полчаса назад она полностью отдавалась творческому процессу, восхищалась искусством и выворачивала наизнанку душу, а сейчас делала вид, что ей плевать.
Будто оправдывалась за то, что любила что-то недостаточно «крутое». Слабачка.
– Не плачь, пацан. – Виктор ухмыльнулся, наблюдая за эмоциями на лице парня. – Лови. – В руки Глеба прилетела синяя капсула с порошком. Как гребаная подачка. Будь проклята Штат: показала ему это дерьмо и его классный эффект, а потом прибрала к рукам поставки в аптеках, где раньше их можно было купить самому. И ладно Штат – теперь он зависел от Виктора, мудака этого. Конечно, Глеб мог бросить в любой момент. Просто не хотел. – Мы еще услышим о твоем отфигаченном носе. – Вик весело цокнул, Глеб презрительно фыркнул.
– Ухе. Если ты про Ван Гога, – сделал он саркастичное замечание.
Виктор только отмахнулся.
– Неважно, – беспардонно бросил он. Штат буквально ощутила потребность быть на его стороне. Бессознательно казалось, что неудачник здесь не Виктор, абсолютно не разбирающийся в теме, а Глеб, не к месту выпячивающий свои знания. – Нужен будет нож – маякни, – снисходительно добавил он и посмотрел на Штат. Понимание ситуации «двое против одного» сносило крышу.
– Да, а то твой коротковат, – бездумно ляпнула девчонка, но заметила обиженное лицо Глеба. – Ладно тебе, я прикалываюсь, – отмахнулась она, собирая вещи. Кивнула другу на выход. – До пятницы, – обратилась она к Глебу и подошла ближе, когда Виктор направился к двери. – Ты реально талант, Глеб. Спасибо за совет. – Она внимательно посмотрела на него и тепло улыбнулась. Вся неприязнь к девчонке испарилась из-за этой улыбки. Глеб кивнул. – Это было необычно.
– Хватит щебетать, нам надо идти! – крикнул из прихожей Вик, и Штат закатила глаза, но зашагала к выходу.
– До встречи. – Она еще раз улыбнулась Глебу, а тот задумчиво покачал головой.
– Кажется, я знаю твою причину. – Он кивнул в сторону Виктора, взглядом показывая, что это не в Штат проблема – она просто выбрала неправильных друзей.
Девчонка легкомысленно махнула рукой.
– Не драматизируй.
– Ласточка. – Виктор склонился в шутливом поклоне. Пропустил Штат в квартиру. Ее не волновало, что за окном восемь утра: друг приехал вчера, а «Макдоналдс» работал круглосуточно.
– Мне сказали, ты с кем-то поцапался, – с легкой претензией произнесла Штат, проходя на кухню. Кивнула на рассеченную и криво зашитую бровь парня. – Почему без меня?
Виктор хмыкнул: Штат вела себя слишком беззаботно в его доме. Хотя, учитывая, сколько здесь прошло вечеринок, это было неудивительно.
– Там было скучно: меня пгосто били, и все. – Парень развел руками и улыбнулся, мол, сама знаешь, как это бывает.
– Ну вот, позвал бы меня, я бы присоединилась. – Штат с картинной обидой надула губы, запрыгивая на столешницу.
Развернула пакеты с фастфудом. Она знала: если Вик чего-то не рассказывает, вытянуть правду все равно не получится, легче забить. Хотя было странно, что она не знала о стычке. Кто вообще с их репутацией мог его избить?
– Извини, на следующее избиение позову, – весело пообещал Вик, отбирая у Штат картошку.
– Эй, это мое!
Виктор засмеялся, окуная картошку фри в мороженое под звонкое «фу, извращенец!». Потянулся за чизбургером, бубня: «Да-да, как скажешь».
