– Прости, я гордился тобой слишком громко? – спросил он с улыбкой.
Рыжая смущенно закусила губу, всплеснув руками, но возмутилась, вспомнив, что она вообще-то не в восторге.
– Гордился? Это было ужасно! Тебе что, нравится выставлять меня круглой идиоткой? – Сдерживая смех, Катерина уперла руки в бока, почти серьезно глядя на парня.
– Прости, ты хочешь, чтобы я сказал «нет», верно? – Он улыбнулся во все тридцать два зуба и рванул с места, когда Катя скорчила устрашающую гримасу.
Далеко убежать от призера стометровки в университетских соревнованиях Иван не успел и оказался сваленным на газон.
– Ты такой засранец, – засмеялась Катерина, целуя парня в уголок губ.
– Именно поэтому мы идеально подходим друг другу, – хохотнул Иван и подумал, что он – самый счастливый человек на земле.
– Это было жестоко. – Ева, улыбаясь, поджала губы, изо всех сил скрывая благодарность во взгляде.
– Примерно так же, как и ее поступок по отношению к тебе? – Дрейк с легким вызовом дернула бровью. – Пойми, пока люди не ощутят ответственность за последствия совершенных ими поступков, они не смогут исправиться, даже если захотят. А ты своей отходчивостью и пониманием оказываешь медвежью услугу и себе, и ей. – Она пожала плечами. Тут же забыла о серьезности, протягивая Маричевой выуженный из сумки пакет вишневого сока. – Вот, возьми этот эликсир – он залечит все душевные раны и подарит божественное понимание всего сущего, – подмигнула Тат.
– Это же вино! – засмеялась Ева, принюхавшись к напитку, но Дрейк безапелляционно перебила ее с серьезным лицом.
– Но-но, блин! Это волшебный эликсир!
Ева закатила глаза и улыбнулась, делая маленький глоток, чтобы согреться.
– Ты все проблемы решаешь алкоголем? – Вика кинула наивный и одновременно осуждающий взгляд на Дрейк. Та весело кивнула.
– Конечно. Протираю спиртом душу и тело и не ведаю о такой напасти, как болезни или проблемы в принципе.
– Вот ты каждый раз отшучиваешься, но знай, сарказм тебя никуда не приведет, – заявила Виктория, складывая руки на груди. Татум пожала плечами.
– Почему же? Он же привел меня на международный чемпионат по сарказму в Казани в две тысячи шестнадцатом.
– Серьезно? – оторопела блондинка.
– Нет, – мягко улыбнулась Тат. Девчонки прыснули со смеху. Надя переглянулась с Евой, улыбаясь доверчивости подруги. – Ладно, прости, Вик. Я понимаю тебя и постараюсь не подкалывать. – Дрейк заглянула в глаза блондинке. Для убедительности взяла ее ладонь в свою. – Просто сложно отказываться от старых привычек и лепить из себя нового человека.
– Черт, забыла сделать домашку!
Из прострации Дрейк вырвало обреченное восклицание Евы.
– Тебе повезло: могу дать списать. – Татум отрешенно улыбнулась, протягивая Маричевой конспект. Та рассыпалась в благодарностях. – Пойдем, сделаешь в аудитории, – кивнула она.
Ева согласилась и попрощалась с подругами.
День проходил в стандартном вялотекущем режиме, разве что Маричеву с Тат постоянно одергивали преподаватели: те постоянно хихикали и перешептывались. К концу пар в сумках у каждой накопились записки и карикатурные рисунки.
Последнюю пару Маричева с Дрейк единогласно решили прогулять, зависнув на широком подоконнике в лестничном пролете. В ход пошли вино, оставшийся завтрак и разговоры ни о чем – Ева не замечала, как летело время.
– У тебя есть кто-нибудь? – все же задала давно интересующий вопрос Маричева, утыкаясь взглядом в пустую банку от йогурта.
Не хотелось лезть в душу, но теперь, когда они провели вместе целый день, это казалось вполне органичным. Ева уже не думала, что за неосторожную реплику Татум могла ее пырнуть своим мифическим ножом-бабочкой, который так часто фигурировал в слухах.
– Поясни, – хмыкнула Дрейк, уже не так остро соображая от практически ежечасного «перекуса» красным полусладким.
– В смысле парень. – Маричева улыбнулась, видя захмелевший взгляд подруги.
– А, – понимающе цокнула Дрейк, – не-а, парня нет.
– В самом деле? – Брови в удивлении стремительно поползли к корням волос.
Ева не могла представить, что у такой, как Татум, нет парня: обычно девушки вроде нее не бывают свободны и – если не по любви, то хотя бы ради статуса – имеют под боком какого-нибудь красавчика.
– В самом деле. Пока не то чтобы есть на это время, – пожала плечами Дрейк, про себя добавляя: «Зато на фальшивых парней хоть отбавляй». – А у тебя? – загадочно улыбнулась Татум, пихая Маричеву в плечо.
Та смущенно хихикнула.
– Есть один, но между нами ничего нет. Вернее, что-то есть, но мне кажется, что он мне нравится только потому, что нравится всем. И я без понятия, что из этого правда. – Девчонка поджала губы, закидывая пустую банку из-под йогурта в сумку.
– Бывает, – хмыкнула Тат, выдыхая на стекло, чтобы нарисовать кривую звездочку на запотевшем окне. – Думаю, ты просто должна подбросить монетку с обоими утверждениями на сторонах, а когда та приземлится в руку, ты поймешь, какого результата ждала больше, а каким разочарована.
Маричева улыбнулась.
