– Да, это коробка из-под обуви, – сказала она, направляясь в ванную. – Но это моя коробка из-под обуви.
Ей понадобилось двадцать минут, чтобы собраться. Волосы мыть было не нужно (кстати, они уже немножко отросли и теперь были почти до плеч), только переоделась: вместо шорт и футболки надела симпатичное карминно-красное платье, которое подчеркивало ее талию и узкие бедра. На ноги она надела красные босоножки.
– Очень красиво, – заметил Оливер.
– Спасибо, – сказала Имоджен. – У меня вообще-то не особо много нарядов, они мне не нужны.
– Красивая одежда – это тоже в некотором смысле искусство, – ответил Оливер. – По крайней мере так утверждает моя мать. Но иногда все-таки именно не одежда красит человека, а человек одежду. Или так не говорят?
– Оливер! – Имоджен покраснела. – Это шикарный комплимент. Спасибо.
– Пожалуйста, – улыбнулся он. – А теперь поехали.
Они вышли на улицу, и Оливер открыл перед ней дверцу своего «Рендж Ровера».
– Как высоко, – Имоджен еле взобралась на пассажирское сиденье. – И так экстравагантно.
– В этом и прелесть, – ответил Оливер, закрывая дверцу: – Поехали.
Он включил двигатель, и они выехали за ворота. Имоджен поудобнее устроилась на кожаном сидении, наслаждаясь комфортным и мягким ходом машины. Они свернули налево, к отелю «Пиренеи». Но, поскольку Имоджен чуть подалась вперед, чтобы поправить климат-контроль, она не увидела Винса, который стоял на пороге, держа в руке карту.
Винс поднял глаза, когда услышал звук приближающегося «Рендж Ровера». Он увидел водителя, а потом пассажирку – когда та выпрямилась. И только когда машина уже исчезла за углом, до него вдруг дошло, что девушка в красном платье – это Имоджен. Он был уверен, что это его жена, хотя с этой новой стрижкой узнать ее было нелегко. Что-то было в повороте ее головы неуловимо знакомое – то, что присуще только ей и никому другому.
Он рванул за машиной, но ее уже было не догнать. Винс разозлился, но не пал духом. Наоборот, он, можно сказать, ликовал. Несмотря на то что шансы его были 66 миллионов к одному, он все-таки нашел ее. Он всегда верил, что у него получится. Она была здесь, и рано или поздно он столкнется с ней лицом к лицу и прикажет ей вернуться с ним домой. И потребует объяснений, что за мужик там рядом с ней в этой неприлично дорогой машине. Похоже, она изменила свое мнение о ней, да? Она ведь всегда раньше фыркала вслед джипам. А водитель – этот бывший зять ресторатора? Рене? Или это Джерри, луноликий мужлан с фотографии, который и навел его на правильный путь?
Винс обдумал план действий на сегодня. Он уже собирался в дому Рене, когда увидел машину. А теперь выходило, что Имоджен уехала с ним куда-то. Но в то же время оставалась возможность, что за рулем машины не Рене. В таком случае Винс уже и не знал даже, что и думать о ее поведении. Если она бегает по Франции с разными мужиками, он не хочет иметь с ней больше никакого дела. Но тем не менее она его жена, и он заслуживает объяснений. Честно говоря, он не думал, что она крутит романы направо и налево. Но даже если и так, она все еще принадлежит ему, а значит, должна держать перед ним ответ.
Он вернулся в лобби отеля, продолжая обдумывать свои дальнейшие действия. Достал телефон и взглянул на экран. Там была эсэмэска от Шоны: «Привет, Винс, как успехи в поисках Имоджен?»
Он не знал, как ответить. Он больше не доверял подруге Имоджен и не собирался давать ей никакой информации, которую та могла бы передать его жене. Поэтому коротко написал: «Не слишком пока. Может быть, я допустил ошибку, приехав сюда. Оставайся на связи».
Дорога в Сан-Себастьян шла через горы, к удовольствию и восхищению Имоджен, которая не скрывала своего восторга перед открывающимися видами.
– Мы сейчас на границе Пиренеев, – заметил Оливер, когда они поднялись вверх по крутому склону, оставив позади несколько хрипящих от натуги грузовиков. – Это еще не слишком крутой подъем. Куда более драматично все с другой стороны от Сан-Себастьяна. Напоминает сцены из «Властелина колец».
– Я не видела этот фильм, – Имоджен не сводила глаз с поросшего лесом склона. – И очень давно читала книгу. Но помню, кто такие орки и эльфы.
Оливер улыбнулся.
– Ты же не думаешь, что здесь могут водиться орки и эльфы?
– Очень даже возможно, – возразила Имоджен. – А мы не ездили в Сан-Себастьян, когда были маленькие? Не помнишь?
– Мы с Чарльзом ездили с отцом несколько раз, – ответил Оливер. – Не уверен, была ли ты с нами. Там очень красиво. Хотя, конечно, не такой красиво, как в Ондо.
– Уверена, я бы запомнила эту поездку, но детская память так ненадежна… Все со временем перемешивается в голове.
– У меня все перемешалось, – признался Оливер. – Все в кучу: и те чудесные времена, когда родители были вместе, и не самые приятные, когда они разводились…
– Мне правда хотелось бы…
– Только не начинай опять обвинять свою мать, – оборвал он ее. – Я же говорил тебе: она ни при чем. Там было множество измен.
– А когда ты узнал?
