— Ах, вы вот о чем... — В серых глазах появилось странное выражение. Несколько секунд Мюльке молчала, будто забыла, о чем говорила. — Не уверена, что единственная, но не верю. — И снова повисла пауза.
В другой раз Даша, скорее всего, не обратила бы на задумчивость темпераментной фрау никакого внимания или списала бы все на усталость, но сейчас ее чувства были обострены до предела. Она вдруг вспомнила, как разозлилась Мюльке на свою подругу, когда та ненароком упомянула о посещении пещеры. Кажется, она что-то сказала о счастливом разрешении всех проблем.
— А что случилось с вашим мужем? — сами собой произнесли губы.
— С моим мужем? — Переход был таким неожиданным, что немка, казалось, действительно не поняла вопроса. — В каком смысле?
Понимая, что совершает страшную бестактность, Даша все же продолжила:
— Простите, что спрашиваю, но отчего он умер?
— Сердце. — Мюльке смотрела в сторону. — Он слишком много ел и пил.
— Вам его не хватает?
Катарина повернула голову. На тонких губах появилась жестокая усмешка.
— Мне, кажется, вы не очень внимательны к тому, что вам рассказывают.
— Простите?
— Я уже неоднократно давала понять, что мужа своего ненавидела. И его смерть облегчила наши обоюдные страдания. Просто мне повезло немного больше.
Даша не знала, что сказать. Ее просто потрясло столь циничное заявление.
— Чем же он вам так не угодил?
— Он был бабником. Причем самого отвратительного пошиба. Он не брезговал ничем и никем. Знаете, есть такая порода мужчин — им не знакомо понятие преданности или верности, лишь бы дорваться до любого женского тела, которое они еще не щупали. Омерзительно. — Мюльке махом опрокинула рюмку. — Меня держит единственная мысль — что он сейчас в аду.
— Но... — ошарашенная Даша пыталась найти наиболее нейтральные слова. — Разве нельзя было развестись?
Немка полоснула рыжеволосого детектива недобрым взглядом.
— Вы или слишком наивны, или задаете свои вопросы с какой-то непонятной целью. Хотела бы я знать — с какой?
В голосе зазвучала сталь.
— Простите, это действительно не мое дело.— Даша жалко улыбнулась.
— Да нет, сдается мне, что ваше. Вы не умеете врать.
Веснушчатые щеки слегка порозовели.
— Не умею.
— Тогда ответьте честно — зачем вам понадобился мой муж.
— Ваш муж?!
— С какой стати вы о нем вспомнили.
Надо было или отвечать или уходить.
— Катарина, только обещайте, что не будете смеяться.
— Я постараюсь. — В самом деле, глядя на это рубленое окаменевшее лицо, трудно было представить, что его вдруг озарит хотя бы тень улыбки.
И тогда Даша решила выложить все как на духу.
— Понимаете, Катарина, я сейчас пребываю в каком-то нереальном состоянии. Все, ну буквально все, меня уверяют, что легенда о Горной Деве — правда...
— Легенда не может быть правдой, — перебила немка. — Иначе она называлась бы по-другому.
— Не в терминах дело. Все верят в магию этого места.
Мюльке пожала плечами.
— Кажется, я догадываюсь, к чему вы клоните. Вы припомнили слова Фионы и теперь хотите выяснить, не просила ли я в пещере о смерти моего мужа?
Даша с трудом удержалась от того, чтобы не отвести глаза.
— Да. Именно это я и хочу узнать.
Немка насмешливо улыбалась.
— И какой ответ вы хотите услышать?
— Я хочу услышать правду. Можно сказать, вы моя последняя надежда.
— Что бы под этим подразумеваете? — Мюльке отодвинулась от стола и тряхнула головой. — Вы хотите чьей-то смерти?
— Нет, что вы, нет... — Этого только не хватало. — Мне просто нужна земля под ногами. Еще немного, и я действительно поверю в то, во что обычно люди верят, когда немного того, — она постучала пальцем по виску. — А вы единственная, кто...
Не дослушав, немка шумно выдохнула.
— В таком случае — увы, моя дорогая. — Откинувшись на спинку кресла, она покачивала мыском острой туфли.
— Увы — что? — Даша склонила голову набок.
— Что я не столь прагматична, как вам казалось. — Нога на секунду замерла. — Я действительно просила о смерти мужа Горную Деву. Это был единственный раз, когда я посетила эту пещеру. И мое пожелание сбылось.
Под ложечкой засосало.
— Вы не шутите?
— Нет, моя дорогая. — Немка вздохнула и подняла рюмку. — Не шучу.
— И... как быстро он скончался после вашей просьбы?
— Очень быстро. Через неделю.
— Вы говорите правду? — Даша чуть не плакала.
— Я всегда возвращаюсь третьего января. Он скончался десятого. Вы можете проверить.
— И от чего он умер?
— Поразительно, насколько вы забывчивы. — К Мюльке возвращался обычный сарказм. — Внезапная остановка сердца. Шел к себе в офис, упал, и все.
— И вас это не испугало?
— Нет, меня это обрадовало.
Даша уже не знала, о чем спрашивать и к чему взывать.
— Но вы же материалистка, как вы могли...
— Могла что?
— Поверить, что смерть вашего мужа вызвана магической силой.
— А кто вам сказал, что я верю?
— Но...
— Я же говорила вам: мой муж делал все, чтобы отдать концы. Рано или поздно это все равно произошло бы. А в пещеру я пошла от бессилия, просто хотелось хоть кого-нибудь попросить о его смерти. Ну не в церкви же об этом просить.
— Значит вы не думаете, что Горная Дева повлияла на...
— Нет, не думаю.
