Бобров замотал головой, задвигал плечами, пытаясь сбросить с себя утреннее оцепенение. Решение приехать сюда, которое он буквально вымучил, теперь казалось парадоксальным. В самом деле, какого чёрта он припёрся сюда! Здесь всё по-другому, нормальному анализу не поддаётся, что делать дальше он просто не знал. Тогда он тронулся по набережной, в сторону центра, надо было вернуться в гостиницу и отдохнуть. Прошёл только один день, ещё два дня у него были в запасе. Он старался сосредоточиться про себя, анализировал ситуацию, но ничего не получалось. Голова стонала от начинающего давать о себе знать похмелья, мысли путались, бросались друг на друга, затылок затягивало металлическим обручем, а во рту образовалась великая сушь. Захотелось горячего бульона, чего-нибудь кисленького, рюмки водки и контрастного душа. Только он подумал обо всём этом, как тут же пришлось проглотить слюну, откуда-то сразу появилось чувство голода. Он вспомнил, что так толком и не поужинал вчера из-за этой дурацкой истории с Северцевым. Странно, но он подумал о нём как о единственном человеке, с кем он мог бы поговорить. И почему бы не навестить его? Диагноз, вынесенный консилиумом, оказался не таким пугающим.
Бобров улыбнулся своей идее и как всегда, приняв решение, сразу привёл себя в рабочее состояние. Он резко развернул машину и помчался обратно в сторону больницы. От трёхэтажного здания больницы всё ещё веяло сном. Только внизу, в трёх-четырёх окнах тускло мерцал свет. Он почти выскочил из машины и чуть ли не бегом бросился к входу. За стойкой регистратуры мирно дремала дежурная сестра. Боброву было жаль будить её, но делать было нечего. Он тихо закашлял, прижав кулак ко рту. Сестра сразу проснулась.
– Простите, сестра, – замялся Бобров.
– Ничего, ничего…я вас слушаю, – вежливо отозвалась она.
– Я был здесь, у вас, несколько часов назад, поздним вечером…может быть, вы даже меня помните, здесь лежит…
– Как фамилия? – профессионально строго перебила она его.
– Бобров, – вырвалось у него.
– Сейчас, подождите, я посмотрю, – она пробежала взглядом на лежащую перед ней регистрационную книгу, – нет, у нас нет Боброва.
– Простите,– он понял свою ошибку. – Бобров – это моя фамилия, а его зовут Сергей Северцев.
– Хорошо, – недовольно покосилась она, захлопнув регистрационную книгу. – Кажется, это тот самый полковник, которого привезли вечером. Он в шестнадцатой палате.
– Я могу к нему пройти. Может быть, он уже проснулся.
– Думаю, что нет. Но я ничем не смогу помочь вам. К нему приставлена охрана и вас просто не пропустят. Дождитесь утра, придёт главврач, и я думаю, что…
– Да, конечно. Спасибо. А я могу посмотреть, где его палата? Вы ничего такого не подумайте, мы друзья и вчера мы были вместе, когда это произошло. Но мне надо уезжать, понимаете…
– Я вас прекрасно понимаю. Я вас помню, вы были вчера, когда его привезли. Но я ничем не могу помочь вам, – повторила она. – Вы попробуйте поговорить с охраной, налево до конца, там увидите.
– Спасибо.
– Пожалуйста. Но, простите, я должна предупредить их, – засмущалась она. – Так положено.
– Конечно. Делайте, что положено, – уже на ходу бросил ей Бобров и устремился в указанную сторону.
В самом конце слабо освещённого коридора уже маячила фигура охранника. Он внимательно смотрел в сторону приближающегося Боброва, было понятно, что его уже предупредили. Ранний посетитель не мог не насторожить охранника, но и он сразу узнал Боброва. Он видел его поздним вечером здесь же, среди высокопоставленного руководства местной прокуратуры.
– Северцев спит? – поприветствовав охранника кивком головы, спросил Бобров.
– Да, – всё равно настороженно ответил охранник. – Не слишком удобное время для визита вы выбрали.
– И я не смогу увидеть его? – догадался Бобров.
– Я сожалею, но только с главврачом или по удостоверению сотрудника прокуратуры. Это строго.
В его голосе преобладали железные нотки, и Бобров сразу понял, что не стоит тратить время на уговоры.
– Да, конечно…– обречённо сказал Бобров, понимающе кивнул головой и пошёл обратно. Он только тронулся медленным шагом восвояси, как за спиной раздался скрип открывающейся двери. Не останавливаясь, он на ходу повернул голову и увидел показавшегося в дверном проёме Северцева.
– Пропусти его, – кивнул охраннику Сергей и махнул Боброву рукой. – Заходи, Всеволод Константинович.
– Надеюсь, это не я разбудил тебя,– извиняющимся голосом начал Бобров, протягивая ему руку. – Ну, как ты тут? Хоть поспал немного?
– Всё нормально. Рановато ты припёрся, напугал всех. А я уже давно не сплю, просто сидел у окна. Я видел, как ты подъехал.
– Видел!? Мог бы выйти навстречу, я уже полчаса торчу здесь, всех уговариваю разрешить на тебя посмотреть.
– Я и не выходил специально,– засмеялся Северцев, – чтобы тебя немного помучили. Брось обижаться, Бобров. Что-нибудь случилось? Что за важность твой визит?
– Нет…– растерялся Бобров, не зная, что ответить, – так, в гостиницу ехать было неохота. Покружил по городу, потом подумал заехать к тебе. Ты хоть помнишь, что случилось?
