Прощайте, ископаемые! полностью

Несмотря на множество веских причин для прихода в политику большего количества молодых людей, ископаемая геронтократия представляет собой не просто проблему старения. Сегодняшняя молодежь по большей части также активно воспроизводит петрокультуру. Ископаемая геронтократия – это в конечном итоге проблема инфраструктуры, в особенности сохранения определенных разновидностей инфраструктурных ископаемых того самого рода, что мы извлекли на поверхность в первой части этой книги. Некоторые из этих ископаемых – нефтяные вышки, автомагистрали, трубопроводы и нефтеперерабатывающие заводы – относятся к материальной инфраструктуре, создание которой в совокупности потребовало огромных капиталовложений вкупе с желанием избежать ее устаревания. В то же время нам предстоит борьба и с нематериальными разновидностями инфраструктуры наподобие окаменелых форм поведения и мышления. Мы реально терпим страдания под властью класса политических лидеров, проникнутых устаревшими идеями и приверженных привычке к экоциду. Но откуда взялись эти идеи и привычки? И почему они до сих пор кажутся широким массам людей разумными и даже желательными? Ископаемая геронтократия!

Для простоты изложения можно утверждать, что ископаемую геронтократию составляют три непрозрачных слоя инфраструктуры, которые в совокупности образуют ту глубокую и липкую жижу, в которой мы погрязли: петрогосударство, петропривычки и петрознание. Эти слои взаимно поддерживают друг друга, а их совокупные силы значительно превосходят влиятельность любых политических фигур, политических движений, политических партий или политических поколений.

Первой инфраструктурной сферой, которую необходимо демонтировать, является густая муть и грязь петрогосударства. Понятие «петрогосударство» проникло в наш мир довольно спонтанно. Любопытно, что на изобретение этого термина не претендует никто, хотя, потратив какое-то время, можно обнаружить первый случай его беглого упоминания в СМИ: это произошло в одном из материалов журнала Forbes за 1975 год[13]. В этой статье даже не приводится определение петрогосударства, как будто и так уже было совершенно очевидно, что это такое. В то же время петрогосударство обладает определенной понятийной невидимостью. Это слово активно употребляется в современной речи, однако еще не удостоено присутствия в священных чертогах «Оксфордского словаря английского языка». Тем не менее его техническая дефиниция так или иначе сложилась: петрогосударствами именуются страны, получающие значительную часть своих доходов от продажи нефти и газа. Но какая именно доля может считаться значительной? Ответ на этот вопрос зависит от того, кому вы его задаете. По мнению некоторых экспертов, для того чтобы та или иная страна могла называться петрогосударством, доля продаж нефти в ее ВВП должна составлять 60 % и выше. При таком подходе круг петрогосударств ограничивается элитной группой крупных нефтедобывающих стран наподобие Венесуэлы, Саудовской Аравии и Нигерии. Другие специалисты полагают, что соответствующий пороговый уровень должен составлять скорее 40 % – этого достаточно, чтобы отнести к петрогосударствам Россию, – или даже всего 10 %, и тогда в этот клуб попадает Норвегия.

Те же самые эксперты утверждают, что почти все петрогосударства имеют общий недуг: их благосостояние в значительной степени формируются за счет одного сектора – добычи полезных ископаемых. Как правило, нефть раздувает амбиции государственной власти до абсурда. Как поясняет политолог Терри Линн Карл,