Что же теперь ему делать? Хотя разве он обязан что-то делать? Ему же осталось одно - умирать... Но он знал, что должен что-то сделать. Потому что невозможно было просто заслониться от этой новой беды, как-то успокоительно объяснить её себе таким образом, чтобы она выглядела пустяком. Увы, открытие на чердаке разворошило слишком много неприятных воспоминаний, сразу объяснив то, что тревожило его долгие годы. Середина восьмидесятых была трудным временем для его семейных отношений. Наталья была тогда часто взвинчена, устраивала скандалы из-за мелочей, поговаривала о разводе, а раза два - даже о самоубийстве. Она могла с внезапным злым ожесточением заявить, что любви между ними нет, что ему нужен только секс, что и в сексе он скучен, что ей постыла жизнь на копейки. Стоило возразить ей, и она взрывалась, шумно обвиняла его во лжи, припоминала старые обиды, придумывала то, чего вовсе не было. Слово за слово, и через несколько минут оба становились красными, распалёнными, внутренне готовыми к окончательному разрыву. Но самые жестокие, бесповоротные слова так никогда и не были сказаны. Каждый раз что-то останавливало Наталью, и она, с влажными глазами, с бисерными капельками пота на лбу, вдруг осекалась, замолкала. Жилин вскоре тоже остывал, успокаивался, находил простое объяснение происходящему: это у них первый, преходящий кризис в отношениях, вполне естественный после двух лет брака, все молодые семьи переживают подобное... А всё дело, оказывается, было в том, что она любила другого!
Затем Наталья забеременела и после этого сразу успокоилась. Она тогда телесно округлилась, погрузнела, волосы её стали темнее и гуще, а глаза засияли тихой, затаённой радостью. С рождением дочери Наталья вся ушла в заботу о малышке, казалась воплощением неустанной материнской любви. Ольга родилась 2 марта 1986 года. Он вспомнил, как подолгу вглядывался в её крохотное, почти всегда недовольное, заплаканное личико, силясь угадать: на кого же похож младенец? Ольга определённо не напоминала ни Жилина, ни свою мать: была вся в мелких кудряшках, как овечка, с большими глазами чёрными навыкате, как бы всегда недоумённо рассматривающими непонятное и готовыми, чуть что, пролить обильные слёзы, точно она изначально затаила какую-то обиду на всех. Может быть, она в какую-то неизвестную родню, думал он, в какую-нибудь забытую, рано умершую тётку... Или её гены подверглись странной мутации... Теперь же всё встало на свои места: Ольга с первых дней жизни была похожа на Чермных, а ныне, взрослая, напоминала его ещё больше.
Что же делать? Сойти в могилу с чудовищной обидой? Это ужасно! Изгажено всё, что ему было дорого! Как такое вынести? Невозможно! Значит, надо отомстить. Сведение счётов, защита чести - пустые слова. Пусть думают о нём всё, что хотят! Он с радостью покинет этот гнусный мир и захлопнет за собой крышку гроба! Но как дожить эти последние месяцы со жгучей обидой, которая уязвила его душу как ещё одна неизлечимая, мучительная болезнь? Конечно этого он не вытерпит. Он просто убьёт Чермных! Нечего бояться тому, кто уже стоит одной ногой в могиле! К тому же убьёт он, по возможности, умно, чтобы не позорить себя и не ставить под сомнение происхождение Ольги, считающей его своим отцом.
Вопрос был решён принципиально, и Жилин слегка успокоился. Как именно он осуществит своё намерение - об этом он ещё подумает. Сейчас его заботило другое: нужно было найти философское обоснование для своего замысла. Это он делал всегда, принимая важные решения. Посвятив жизнь преподаванию философии, он хотел чувствовать себя философом во всём. Каким же будет это обоснование? Он сразу сообразил, где надо искать: конечно же, у Ницше, в философии которого "жизнь" и "воля" - центральные понятия. Поскольку речь идёт о том, чтобы забрать чужую жизнь, прощаясь с собственной, и через этот акт воли восстановить своё поруганное достоинство мужа и отца. Сформулировав профессиональную задачу, он очень быстро нашёл её решение: он будет руководствоваться ницшеанской идеей ресентимента!
Жилин постарался вспомнить всё, что он знал об этой идее. Ницше полагал, что ресентимент является чувством, свойственным рабам, которые не способны что-то изменить в своей жизни и в окружающем их мире. То есть речь идёт о зависти, сожалении и бессильной злобе проигравшего - все эти чувства покрываются понятием "ресентимент". Это страдательная реакция слабого и обиженного. Таким образом, чтобы не чувствовать себя слабаком и рабом, надо совершить акт мщения.
