Лионелла тоже посмотрела наверх и увидела большую черную птицу. По крайней мере, ей так показалось. Птица приближалась и скоро превратилась в черное нечто, которое влепилось в асфальт с противным хряснувшим звуком.
Она подошла ближе и увидела белую руку, царапавшую ногтями асфальт.
Сквозь неприятные хлюпающие звуки Лионелла услышала хриплый шепот:
– Жизнь – это говно…
Следователь Фирсов смотрел на нее воспаленными от недосыпания глазами:
– Вы слышите меня?
Лионелла сидела на кровати в своем номере и прислушивалась к тому, что происходило в гостиной, где работали криминалисты.
– Слышите?! – окликнул следователь.
Она вздрогнула:
– Что?
– Зачем вы пошли на улицу?
– Меня позвал старец Порфирий.
– С ним – все ясно. Он с придурью. Но вы-то зачем пошли? – Фирсов наклонился к ней и принюхался: – Пили?
– Вам-то что? – дернулась Лионелла.
– Должен понимать, насколько вы адекватны.
– Вполне отдаю отчет своим действиям.
– Вы хоть понимаете, что погибла ваша подруга?
– Мы с Катериной никогда не дружили.
– Насколько мне известно, на игре вы были в одной команде.
– Это ни о чем не говорит.
– А то, что Петухова оказалась в вашем номере ночью, а потом выпала из окна, – это как объяснить?
– Она позвонила мне и сказала, что хочет выпить.
– Во сколько это было?
– Около часа…
– Вы не спали?
– Нет. Мне не спалось…
– Почему?
– Не улавливаете? – спросила Лионелла.
Фирсов усмехнулся:
– Намекаете на вашу ранимость?
– Намекаю на ту сцену в холле. Между прочим, я не подписывала никаких документов, и вы не имели права…
– Имел. Теперь это уже не важно.
– Почему?
– У меня есть все основания задержать вас до выяснения обстоятельств дела.
– Вы не сделаете этого, – уверенно заявила она.
– Почему?
– Я не нарушала закон, и вы это знаете.
– Не будем препираться.
– Я не причастна к ее смерти.
– Считаете, что Петухова сама свела счеты с жизнью?
– Катерина не смогла бы сама подняться с дивана. Не говоря о том, чтобы дойти до окна.
– Настолько была пьяна?
– Пришла в сильном подпитии, – Лионелла осторожно подбирала слова. – Со мной тоже выпила.
– Много?
– Два бокала вина. После чего отключилась.
– Значит, когда Петухова была в отключке, вы покинули номер?
– Ко мне пришел старец Порфирий.
Следователь Фирсов по-лошадиному фыркнул и помотал головой:
– И вы отправились за ним полуодетая неизвестно куда?
– Я была в красивой пижаме. Он сказал: пойдем-ка, я и пошла. Откуда мне было знать, что мы выйдем на улицу.
– Дверь за собой закрыли?
– Да, – она вытащила ключ из кармана брюк и показала следователю.
– Портье сказал, что дверь была нараспашку.
– Не знаю, что вам сказать.
– Заметили что-нибудь необычное?
– Когда шла за Порфирием? Нет, ничего.
– Кого-нибудь встретили?
– Портье и швейцара.
– О них могли бы не говорить, – сердито заметил Фирсов.
– Я уже не знаю, о чем говорить, о чем – нет… – Лионелла потерла пальцами виски. – Простите… Голова раскалывается.
– Похмелье?
– Вы – нетактичный человек. Похоже, мне нужен адвокат, – устало проговорила она.
Но Фирсов неожиданно сказал:
– Вам нужно в Москву.
– Что? – она удивленно подняла глаза. – Вы же сами запретили мне уезжать.
– Теперь разрешаю.
Лионелла вскочила с кровати и стала быстро сгребать вещи, потом замерла и посмотрела на Фирсова:
– Вы что-то знаете?
Тот отвернулся, помолчал и повторил:
– Уезжайте.
Она села на кровать и твердо сказала:
– Никуда не уеду, пока не узнаю, в чем дело.
– В таком случае мне придется посадить вас в следственный изолятор. Лучше поезжайте домой. Там, за высоким забором, вы, по крайней мере, будете в безопасности.
– Кажется, понимаю… – тяжело проронила Лионелла. – Старец Порфирий… Он заодно с убийцей?
– Таких сведений у меня нет.
– Знаете, кто убил Катерину?
– Я не говорил, что Петухова убита.
– Но это – так?
– Многого сказать не могу. – Фирсову определенно хотелось поделиться с ней информацией. – Идите сюда! – он прошел к лампе. – Ваше?
Лионелла осторожно приблизилась, словно страшась увидеть что-то в его ладони. Там, на платке, лежали осколки стекла желтого цвета.
Она покачала головой:
– Нет, не мое. Может быть, принесла Катерина?
– Вряд ли…
– Тогда я не знаю.
– Между тем они лежали на полу возле дивана.
– Что это было?
– Теперь – неизвестно. Ясно лишь то, что предмет был небольшим и его разбили.
– Наступили, – предположила она. – Например, не разглядев в темноте.
– Когда вы уходили, что-нибудь похожее было?
– Нет. Ничего.
– Значит, это появилось после вашего ухода. Теперь все факты сложились.
Лионелла прокомментировала:
– Только у вас в голове.
– Хотите, чтобы я все объяснил? – Фирсов свернул платок и спрятал его в карман.
– Как я понимаю: кто-то проник в мой номер?
– К этому добавлю: к окну Петухову волокли по ковру. Эксперт определил это по следу на ворсе.
– Не понимаю… Почему в моем номере? Ее могли убить и в своем.
– Могу дать подсказку. Совсем как в вашей игре. Как ее?.. Ага! – припомнив, Фирсов обрадовался: – Зарядка для ума!
– Давайте вашу подсказку.
– В номере было полутемно.
Лионелла нетерпеливо скривилась:
– Ну и что?
– Вы с Петуховой похожи: тот же рост и комплекция. У вас ведь стандартная эмка?
– И вы думаете…
Он перебил:
