Марк мог уехать сегодня же. Шпионы шарили по всей округе, выискивая место, где он спрятал свою фирму. Они знали, что за этим инкогнито скрывается именно он — проигравший, осмеянный бывший вице-президент их собственной компании. Мише, который знал его достаточно хорошо, не хватило ума сообразить, что у Марка своя логика: все это время его фирма была у них на самом виду, но никто так и не догадался, какую шутку он с ними играет. Марк позволил им запутаться, увел в ложном направлении и теперь собирался сделать очередной ход. Присутствие Эллы только все усложняло. Теперь нужно быть осторожнее и хитрее, возможно, переманить ее на свою сторону. Правда, последнее безнадежно. И что же ему тогда с ней делать?
«— Родственные связи — это очень важно, — торжественно произнес его отец, прерывая обед, на котором собралась семья Гончаровых, чтобы поближе познакомиться с Эллой. — Когда-нибудь в будущем вы оглянетесь и обнаружите, что ближе, чем вы есть вдвоем, у вас никого не осталось. Сохраните эту связь.
— Звучит слишком сентиментально, — рассмеялся Марк, а потом поерзал на стуле, не сводя глаз с Эллы, сидевшей напротив: она так и не притронулась к основному блюду, и он догадывался почему. Буквально за пять минут до обеда он обозвал ее жирной.
— Не сентиментально, а реально. Такова жизнь, сынок…»
Марк не верил в родственные связи, но все зашло слишком далеко. Кошмарный финал для их отношений с матерью, ненависть так называемой «сестры». А вот отца ему очень не хватало. К сожалению, в последние годы своей жизни, болея, он позволил Лизе едва ли все. Хотя… он позволил ей все. Марк невольно поежился, вспоминая, как это «все» обернулось для него самого. Элла ни за что не поверит, если он расскажет ей правду.
Как все вдруг стало сложно! Марк был сбит с толку, увяз по уши и до сих пор не знает, как удержать Эллу подальше от компании «Медиаком», чтобы не вызвать подозрений. Под конец он решил, что позволит себе разжалобиться настолько, чтобы дать ей чертов телефон.
Элла не сразу догадалась, что Марк от нее хочет. Она сидела на полу, подогнув под себя ноги, и бесцельно складывала и снова вытаскивала свои вещи из дорожной сумки.
— Можешь позвонить. Всего один раз и никому, кто имеет хоть какое-то отношение к компании «Медиаком», — грубо сказал он.
Элла нахмурилась, а потом поняла, что предмет, который он швырнул на кровать, был ее старым телефоном. В недоумении она подняла голову и вялым голосом пробормотала:
— Придумал бы уже что-нибудь новенькое.
Он держал ее на прицеле, облокотившись плечом об дверной косяк, и важничал так, как будто совершал геройский подвиг. Но эта не была такая ситуация, чтобы вспоминать о гордости. Счастливое везенье все-таки. Элла схватила свой телефон и набрала номер тетушки Жанны.
Ее сердце едва не разорвалось на части, когда ворчливый голос на другом проводе прозвенел:
— Слава Богу, ты жива, детка!
— Это Элла? Дай мне трубку, Жанна! — раздалось следом знакомое покашливание.
Они наперебой засыпали ее сотней вопросов, но глядя на предупреждающий взгляд демона, Элла ограничилась коротким: «Со мной все в порядке».
— По телевизору сказали, что тебя похитили и пытают злоумышленники.
— Этот парень… Гончаров, — подсказала Жанна. — Сюда несколько раз звонили из столицы, возле подъезда ошиваются журналисты, как будто мы какие-то киношные звезды! За хлебом сходить нельзя! А наш сосед, Шурик, забегал и пригрозил, что отправится на твои поиски. Смех, да и только!
Марк тем временем знаком дал знать, что пора заканчивать. Элла толком ничего и не успела сказать, но он заметно нервничал. Когда она попрощалась, тут же отобрал телефон и со зловещим прищуром спрятал в карман шортов. Пистолет, однако, не убрал.
— Ты умеешь слушаться, когда этого хочешь, — заметил он.
Элла не шелохнулась.
— Не бойся, я все равно не поверила, что в твоей груди забилось сердце.
— Ума не приложу, зачем мне все это нужно.
— Спроси своего психоаналитика.
Она была очаровательна: злая, метающая искры, но настолько хорошенькая со своими неряшливыми локонами, что у Марка заныло между ног. Элла ему очень нравилась, черт побери! Спрятав пушку в другой карман, он сообщил как бы между прочим:
— Я знаю, что меня четвертуют после всех этих грязных делишек, но не собираюсь умереть раньше времени с голода. Так что, рыжая, на тебе сегодняшний ужин. А я, так уж и быть, смилостивлюсь настолько, чтобы завтра утром угостить тебя кофе. — Она скривилась, собираясь обрушить на него всю степень своего негодования. Марк только усмехнулся: — Как будто я не видел, какими жадными глазами ты смотришь на меня с чашкой кофе!
— Я все еще мечтаю застрелиться.
Неожиданно он усмехнулся:
— Не торопи события, рыжая. Еще вся ночь впереди.
Люда металась вдоль своего небольшого кабинета, то поднимала мобильный, то раздраженно кидала обратно на стол.
Наконец позвонил Миша:
— Очередная фальшивка. Марк чересчур умен, чтобы попасться.
— Значит, в Белой Церкви ничего? — она вздохнула.
