– Ты мужик и в любом случае должен им оставаться, трудности только закаляют волю и силу человека, – отец говорил серьёзно, но не громыхал голосом – зачем излишне пугать новобранца, как сам же и сказал, увидев взгляд Михаила. Саша, довольный, что наконец-то отец признал его взрослым, о трудностях и страхах не думал. К тому же после рассказа Насти о Киеве у него было приподнятое настроение. Он точно решил, что в конце августа съездит в Киев, пусть будет сюрприз Матильде, ей к тому времени снимут гипс, и они вместе погуляют по Крещатику. Саша с волнением вспоминал поездку в Ипатьевский монастырь, в Плёс, перед его глазами всплывали картины разговоров с Матильдой, ему виделись её грустные глаза, то удивленные, то испуганные, но всегда грустные. Печальная улыбка девушки не давала ему покоя, он даже Веру спрашивал, почему Матильда такая печальная, но Вера отмахнулась от него, сказав, что настроение девушек порой как ранняя весна – то веселое, то грустное, а причина не всегда понятна, может быть, это ожидание любви – и Верочка засмеялась, сказав эти слова. Вот за них-то и ухватился Саша, как за спасательную соломинку: Матильда пребывает в ожидании любви и поэтому трогательно печальна. Его влекло к Матильде, и он боялся своего чувства, начинал себе напоминать, что Настя ему нравится больше, что она интереснее, потому что много знает, но другой голос ему говорил, что Матильда красивее Насти и знает она не меньше, просто у неё другие интересы. За размышлениями, кто лучше для него – Настя или Матильда, Саша забыл про свои обязанности подбрасывать дрова в металлический ящик (путешественники разжигали костер в нем и называли его «очаг»), забыл про суп в котелке, а между тем очаг почти погас без дров. Взрослые мужики, наблюдая за ним, посмеивались.
– Семён, Сашка влюбился, мечтает, по сторонам не смотрит, в очаг тоже не глядит, думку думает. Ты хотя бы зазнобу его видел?
– Слышал только, умная больно она, историком хочет быть, – улыбнулся в усы Семен.
– Вот это пара будет – она историк, он корабельный мастер. Сашка, хватит мечтать, – крикнул дядька Петро, – в очаг подбрось дровишек, а то суп нам не сваришь. Уши надеру, если голодными оставишь, – и захохотал своей шутке.
Саша повернул голову на смех, ничего не ответил, но и дров в очаг не подбросил. К нему подошел Михаил и хлопнул по плечу:
– Все мы были молоды, все любили в первый или второй раз, но свои обязанности не надо забывать. Дрова подбрось, огнь погас.
Саша посмотрел на него, на очаг, засмеялся:
– Сейчас подброшу, а суп уже готов. Хорошо на свежем воздухе, от красоты вокруг дух захватывает, вот я и задумался. А вы что подумали?
– Молодец, сынок, ловко ушел от ответа, – улыбнулся отец. – Нечего всем знать, о чем головушка болит у добра молодца.
Вернулись из путешествия по реке с рыбой соленой и вяленой, в бодром настроении, за ужином Семен сказал жене Раисе и младшему сыну Ваське, что из Сашки получился настоящий сплавщик, не подвел отца. Мать растрогалась и похвалила сына, сказала, что она была в нем уверена, не может быть их сын слабым. Воспользовавшись хорошим настроением родителей, Саша заявил, что хочет на несколько дней съездить в Киев.
– Незачем ехать в Киев, до начала учебного года осталось десять дней, ты скоро уедешь в Ленинград, а у нас еще дома надо сделать ремонт, – строго сказал отец. – Возражения не принимаются, следующим летом съездишь, если не передумаешь и да если денег на поездку заработаешь, – добавил он более строгим голосом. Мать поддержала отца на счёт ремонта, на сына посмотрела ласково и сказала, что поездку в Киев лучше отложить на следующее лето. Остаток каникул у Саши прошел в ремонтных работах, скрашивали ему суровые будни мечты о встрече с Матильдой в Ленинграде. У Веры он узнал адрес общежития, в котором они живут, и твёрдо решил, что в первую же неделю учебного года приедет к девчонкам в гости, чем всех их удивит, пригласит Матильду погулять по городу и предложит ей дружбу. Настроение его поднялось от такого важного решения, ремонтные работы уже не казались ему обузой и тяжким делом. «Как все-таки хорошо, когда принято решение, которое приносит удовлетворение», – вдруг подумал Саша. О Насте он теперь думал как о своей бывшей однокласснице, умной, мудрой, доброй.
– И как о хорошем друге, – добавил он вслух.
Руслан в приподнятом настроении подходил к общежитию, он на «отлично» сдал все экзамены, его пригласили в деканат и подтвердили, что документы о его поступлении в аспирантуру по окончании пятого курса переданы в соответствующие инстанции и есть уверенность, что будет положительное решение, однако заместитель декана Зоя Петровна напутствовала его словами:
– Руслан, расслабляться нельзя, пятый курс очень сложный, допущенная оплошность будет стоить дорого – в аспирантуру не попадешь.
Слушая Зою Петровну, он согласно кивал головой и говорил:
