Простить нельзя мстить полностью

Уезжала Настя из Костромы в полном смятении. Как же странно устроена жизнь! Почему и зачем в ней есть безответная любовь? Это же мучение для души и для тела, и неважно, видишь ты или нет объект своих страданий. Она не видела Илью несколько лет, а забыть не может, она любит его, помнит его и представляет его образ! Да, у них никогда ничего с Ильёй не было, она из памяти вызывает его глаза, и от одного воспоминания о нём в груди появляется тепло, и сердце учащает бег, настроение улучшается… сначала, а потом охватывают тоска, и отчаяние, и безысходность; Настя знает, как тяжела безответная любовь. А теперь она знает, что это же чувство терзает Юру. И она сдавливает голову руками и чуть не плача думает: «Зачем, зачем он мне сказал, что любит? Как мне жить с этим?! Меня не любит тот, кого я люблю, а я не люблю того, кто меня любит…»

– Девушка, девушка, – она слышит голос мужчины, отнимает руки от лица. – Вам плохо? – участливый взгляд, тревожный голос.

– Нет, извините, я задумалась, – пытается улыбнуться Настя.

– Какая же должна быть думка, – мужчина улыбнулся сочувственно, – если так страдает душа… – он сочувственно смотрел на Настю, она на него. На вид ему было лет за тридцать, явно постарше Насти, умные глаза… – Вы любите стихи? – спросил он.

– Из далёкого прошлого, классикой называется, – неохотно ответила Настя в надежде, что отстанет попутчик с разговорами.

– Я не могу сказать, что обожаю их, но, как любой культурный человек, классику в школьном формате знаю. А мне нравятся и современники, известные, как Рождественский и Евтушенко, но и неизвестные. Вот такие стихи неизвестного автора, – и он начал читать:

– Есть фраза: «Жизнь полосата»,

но именно так и живём:

радости крохи, немного любви

и тонны печали на плечи легли.

Если сил не хватает бороться с судьбой,

слабый как в омут летит с головой,

сильный же духом может выдержать всё,

стать сильнее ещё,

из бездны печали тянуть ослабевших.

Мужчина не читал стихотворение так, как иногда читают некоторые чтецы – с душевным надрывом, а как будто бы размышлял, говорил тихо, и Настя начала вслушиваться не только в голос, но и в смысл. Мужчина заметил её интерес, улыбнулся:

– Чудо вновь проявляется,

радость и свет вокруг разливаются,

человек улыбается: «Снова живу,

спасибо, что руку ты мне протянул!»

Закончив читать, он замолчал. И Настя молчала, а он ни о чём не спрашивал, он просто смотрел на неё.

– Спасибо вам, удивительно живые стихи, в самую суть попали, – она ему печально улыбнулась и отвела глаза.

– Для себя я правило установил: если возникла проблема, на первый взгляд, неразрешимая (а неразрешимых проблем нет, всегда есть минимум два варианта решения), отстранись от неё, переспи с ней, начни искать ответ, и ты его найдёшь. Мне такой подход помогает, – он улыбнулся, – дарю вам, а вдруг пригодится. Если возьмёте на вооружение мой метод, вспоминайте, что с вами им поделился Глеб Павловский! О, мы прибываем в Ярославль, я выхожу, мне пересадку надо сделать. До свидания. Всего вам наилучшего, незнакомка!

– Спасибо вам! – тихо ответила Настя. – Мне нравится ваш метод, я попробую его применить.

Глеб встал с места, взял портфель и направился к выходу, Настя пошла следом. У выхода из вагона собрались люди, которые выходят в Ярославле. Глеб обернулся к Насте:

– Вы живёте в Ярославле?

– Нет, в Ленинграде, – она улыбнулась, – мне надо сделать пересадку.

– Мне тоже в Ленинград, предлагаю вместе ехать дальше и познакомиться. Как вас зовут?

– Настя. Настя Дубровская.

Дорога до Ленинграда скрасилась для Насти разговором с Глебом, который отвлекал от грустных мыслей. Глеб оказался интересным собеседником, много шутил, рассказывал анекдоты – правда, специфические, с уголовным уклоном. Настя не выдержала и спросила:

– Анекдоты какие-то однотипные, с легким уголовным намёком… Вы сидели?

– Сам помогаю сесть, значит, там, где сидят, бываю, с разной публикой общаюсь и анекдоты знаю, – он засмеялся, – но ни одного черного и похабного я не рассказал.

Настя недоверчиво смотрит на него, он понимает, она ему не верит.

– Следователь я, работаю в городской прокуратуре Ленинграда. Клиенты наши в разных городах бывают, вот и мы по их следам ездим. Так я оказался в Костроме. А вы, Настя, что делали в Костроме? – глядит на неё вдруг посерьёзневшим взглядом.

– Я точно не ваш клиент, – отвечает она. – На свадьбе у подруги была.

Поезд подходил к платформе вокзала, конечная станция, можно не торопиться, Настя и не торопится. Глеб сидел рядом и был задумчив, отвлёкся от своих мыслей и сказал:

– Настя, могу я вам позвонить?

– Зачем?

– Мне хочется продолжить знакомство с вами.

– Вы женаты?

– Да, но какое это имеет значение?