– Может быть, никакого, но мне не хочется иметь дела с женатым мужчиной.
– Значит, вы не замужем или у вас страшно ревнивый муж, – Глеб улыбнулся. – Вы в каком статусе пребываете?
– У меня страшно ревнивый муж, – уверенно ответила Настя.
– Это меняет дело, – сказал Глеб, – но предлагаю эксперимент: вы мне называете номер телефона, по которому вам можно позвонить, я его не записываю, а запоминаю, и если я его запомню, то завтра позвоню, и мы с вами ещё пообщаемся. Идёт? – он весело смотрел на неё. – Чистота эксперимента гарантирована, мы вместе с вами выходим из вагона, до момента выхода из вагона я номер телефона не запишу, а потом уже не считается. Я либо его забыл, либо записал.
Настя назвала номер рабочего телефона, будучи почти уверена: запомнить этот набор цифр с первого раза может разве что гений. И мысленно улыбнулась: «А может, тебе следователь-гений встретился, ему сколько же статей Уголовного кодекса нужно помнить…»
Глеб извинился, что не может проводить Настю – начальство ждёт с отчётом. Она просила не волноваться, они любезно раскланялись, и Настя поехала к себе домой, а Глеб к начальству.
На работу Насте завтра, а сегодня она побывает у Матильды, понянчится с Алёшенькой, этот чудо-ребёнок всегда радостно встречает Настю, и она его любит как своего собственного. Матильда, глядя, как Настя общается с Алёшей, однажды сказала, что она будет замечательной матерью, и, помолчав, добавила:
– Настя, только не затягивай с рождением ребёнка: опытные люди говорят, что перешагнув определённый возрастной рубеж, не каждая женщина готова родить ребёнка.
– Подруга моя дорогая, чтобы родить ребёнка, нужен мужчина, у меня его нет, поэтому нет ребёнка, – грустно прозвучал ответ.
Настя не то чтобы ждала звонка Глеба, но ей было интересно, запомнил ли он номер телефона – так сказать, удачен ли оказался эксперимент. Коллеги с кафедры разошлись, она убрала рабочие документы в ящик стола, закрыла его на ключ и направилась к выходу. Зазвонил телефон. Было пять часов после полудня (Настя всегда улыбалась, вспоминая позже этот момент: почему ей пришло на ум именно такое обозначение времени звонка?), она сняла трубку.
– Добрый день, извините, добрый вечер! Пригласите, пожалуйста, Анастасию Дубровскую, – мужской приятный голос, но не похожий на голос Глеба, каким его запомнила Настя. Разочарованно она ответила:
– Добрый вечер, я вас слушаю.
– Настя, добрый вечер, – она слышит голос Глеба – он, довольный, улыбается, – эксперимент удался, я запомнил номер. Сложный набор цифр, но я справился, – он засмеялся, – а ещё я тебя разыграл. Держу пари, что ты меня сначала не узнала.
Настя слушала его весёлый голос и улыбалась. Она не сразу заметила, что Глеб перешёл на «ты», будто они давно знакомы. Ей было приятно, что он позвонил, она радовалась его веселому смеху.
– Настя, ты почему молчишь? Алло, Настя, ты меня слышишь? – раздался встревоженный возглас.
– Слышу я тебя, Глеб, слышу. Молодец, с заданием справился, – и она рассмеялась.
– Предлагаю сходить в кафе рядом с университетом, прямо сейчас, тебе хватит пятнадцати минут, чтобы там быть.
– Откуда ты знаешь, что мне хватит этого времени? – удивилась Настя.
– Знаю. Ты работаешь в университете, я звоню тебе из автомата рядом с кафе. Я иду в кафе, займу столик, ты придешь туда. Хотя могу подойти к университету и встретить тебя, – спохватился Глеб.
Настя осмысливала услышанную от Глеба информацию и пыталась вспомнить, говорила ли она ему, что работает в университете… Нет, точно не говорила.
– Как ты узнал, что я работаю в университете?
– Метод дедукции. Я сам учился в этом университете, номер телефона – этого района, а кроме того я работаю в органе, который может всё узнать быстро, использовал служебное положение, так сказать, в личных целях, – снова смех. – Так ты идёшь или будешь задавать вопросы?
– Иду, жди.
Он ждал в кафе, на столике в вазе стояли белые ромашки, на тарелочках – яблочный пирог и в чашках – кофе. При виде Насти Глеб встал из-за стола, вышел ей навстречу, поздоровался и проводил к столу.
– Я подумал, что ты не будешь возражать против яблочного пирога, он легкий, – Глеб смотрел на неё смеющимися глазами. – Может, по бокалу вина или шампанского?
Настя смотрела на него, довольного собой, загадочного и счастливого своей выходкой, и кивнула головой.
– Что означает этот жест? Вино, шампанское или всё вместе? – веселился Глеб.
– Шампанское с яблочным пирогом – это лучшее, что может быть на ужин, – Настя говорила, улыбаясь глазами.
Они задержались в кафе надолго, дело дошло и до эскалопа с картофелем фри, а под эскалоп лучше рюмочку водочки, но Настя от водочки отказалась, а Глеб выпил. Веселые, они вышли из кафе уже тогда, когда нормальные люди ложатся спать.
– Я обязан тебя проводить: уже поздно – раз, я мужчина – два, я должен знать, где живёт моя прекрасная дама, – три.
– Мне возразить трудно, потому что ты прав, уже поздно.
– А остальные условия?
– Они не обязательные.
– Ты не права. Мне важно знать, где ты живёшь.
– Зачем?
– Я буду приходить к тебе в гости.
– Кто тебя пустит?
