Беспутников не знал что ответить, поэтому лишь чуть сильнее надавил на нож, чтобы Градатский проследовал вперед, на середину комнаты. Он встал на красно-зеленый коврик. Лампа с грязным стеклом стояла на тумбе, она тускло освещала помещение, её блики создавали играющие тени и отчего то затемняли образ Градатского. Беспутников видел, как свет играет на одной стороне его лица, заставляя пугающе блестеть и как тьма сгущалась на другой, скрывая её полностью. Большая часть его тела сроднилась с этой чернотой, внушая в его душу неподдельный ужас. Сыщик утомленно вздохнул, он поднял руку, поправив небрежно уложенные волосы. На это жест Беспутников инстинктивно отошел на пол шага, убрав нож со спины. Он опустил его, чуть дрожа телом. И, выдохнув, прошёл к кровати, которая скрипнула под его весом.
— Выкладывайте, для чего явились? — произнёс он, опустив голову.
Градатский в скользь осмотрел помещение и подошёл тумбе, проведя рукой над огнём.
— Я хочу предложить Вам выгодный обмен, — сказал он, пока пылкая свеча нагревала его ладонь.
— Обмен?
— Ваша свобода навсегда в обмен на долгую жизнь Александра Боровского, — ответил, смотря прямо ему в глаза.
Градатский с самого начала планировал провернуть данную сделку. Он считал, что иначе не сможет спасти друга, так как упечь за решетку Беспутникова не представлялось возможным. Он солгал ему. Служанка Авдотья померла день тому назад в результате несчастного случая, оттого донесения полиции принести уже не сможет. Так оборвалась последняя ниточка, ведущая к Беспутникову. Однако он этого не знал, потому что уже какое-то время не бывал дома и о его быте ему было неизвестно. Этим решил воспользоваться Градатский, путем шантажа и манипуляции он желал разыграть проигрышные карты как ему вздумается.
Беспутникова такое предложение сразу же смутило, и он начал подозревать неладное.
— Если Вы так просто можете меня поймать, тогда зачем всё это?
— Всё просто. Улик не так много, не сомневайтесь с моей помощью их хватит, но… судебный процесс затянется надолго. И я если честно не знаю на его время будете ли Вы сидеть в уютной камере или же будете на свободе. Это моя подстраховка. Против Вас я ничего не имею, не подумайте, — это заявление удивило Беспутникова. — Вы показали достойный сценарий убийства, продемонстрировали ум и находчивость, что не может не радовать меня, величайшего любителя загадок.
— А как же чувство долга перед законом и справедливостью?
— Законы меняются, а что измена не есть истина и значит долга перед ним у меня никого нет. А справедливость у каждого своя, я же таким понятием пользоваться вовсе брезгую. Мне всё это безынтересно.
Эти слова поразили Беспутникова и еще больше ввели в недоумения. «Передо мной точно борец с преступностью?», — подумал он. Градатский продолжил говорить, пока его ладонь уже покраснела от огня, однако в порыве мысли он не ощущал боли.
— Поэтому из чистого прагматизма, я хочу, чтобы Вы уехали из страны навсегда. Я готов оплатить дорогу, если Вы немедля же уедите. Обещаю, преследовать Вас не будут.
Сейчас Георгий был холоден и рассуждал здраво без эмоций. Это предложение показалось ему весьма выгодным, но он решил спросить.
— А что если я откажусь?
Градатский помрачнел, в воздухе повисла знакомая тяжелая атмосфера. Он сделал два шага к Беспутникову, став для него словно выше и опаснее. Былое безразличие взгляда сменилось злобой, казалось его глаза стали черно-серыми.
— Тогда я тебя убью, — спокойным голосом произнёс он, достав из пальто пистолет. — Здесь… и сейчас.
Георгий дрогнул от неожиданности, раскрыв пошире глаза. Рука Градатского была тверда и не тряслась. «Он выстрелит… точно выстрелит». Беспутников хотел напасть в ответ, но не мог и шелохнутся. «Двинусь… пристрелить… если я сейчас ему откажу, то я умру…». Печальные и страшные мысли завертелись в его светлой голове. Он тяжело задышал, у него начался приступ паники, его глаза принялись беспорядочно прыгать по комнате, а суставы безудержно трястись.
Свеча в лампе почти догорала, в ней осталось совсем чуть-чуть света. Он из последних сил двигался по комнате, еле попадая на их лица.
— Я согласен, — ответил он, в страхе не отведя взгляд. — Я уеду и никогда не трону Александра Боровского… Обещаю.
На этом слове свеча потухла, свет сползал с конца комнаты, отдаваясь тени. Вскоре всё помещение пребывало в беспросветной тьме. Градатский, быстро ушел, так быстро, что Беспутников не успел ничего осознать. Он спрятал пистолет обратно в пальто и открыл дверь. Немного лунного света пробилось внутрь.
— Карета прибудет через час, жди здесь, — сказал Градатский, уходя. Если обманешь меня… познаешь какого-то прогуляться по аду, — добавил он и скрылся.
Беспутников в беспамятстве рухнул на кровать. Вскоре он собрал немногое, что было и уехал на пригонном экипаже.
Месяцем позднее, 8 февраля.
