— И зачем же?
— Видите… Я судебный бухгалтер, работаю в министерстве юстиции, в одном жутко закрытом подразделении, занимающемся внутренними ревизиями. Вообще то мы обычно не выезжаем за пределы страны — но тут особый случай. Дядя Сэм хочет, чтобы я разобрался с тем, куда идут денежки, выделяемые на помощь беженцам и все прочее. Конечно, там есть и частные деньги — но меня интересуют только ресурсы, выделяемые государством.
— Вот как… — Дженна Вард нащупала тему — как интересно… И куда же идет эти деньги?
Миллс моментально замкнулся в себе, спрятался — как черепаха в раковину.
— Я не… прошу вас рассказывать… но намекнуть то вы хоть можете.
— Пока не знаю — буркнул бухгалтер.
И на этом — все…
Аэропорт Равалпинди — тогда он еще не назывался «Имени Беназир Бхутто», только за громогласное произнесение этого имени можно было попасть в полицейские застенки был большим, плохо построенным и грязным. Грязнее было только в Африке, где миссис Вард тоже успела побывать. Много военных, много американцев, шум и гам. Рядом — военный аэропорт, военные самолеты-истребители взлетают с таким ревом, что дрожат стекла. Таможня, группа худых, раздраженных таможенников в военной форме у каждой стойки, с автоматами. Почти третья часть из прибывших идет через «зеленый коридор» без досмотра. Военные, в Пакистане военные — это особая каста, даже в мелочах — им законы почти не писаны.
Очередь двигается медленно, чем-то воняет…
Когда дошла очередь до нее, она не сразу поняла, что за вопрос ей задали — с таким ужасным акцентом говорил по-английски таможенник.
— Дженна Вард. Репортер. Пресса, понимаете? — при этом миссис Вард улыбалась, потому что Ридерс Дайджест рекомендует американцам при поездке в страну, где население плохо понимает английский или совсем не понимает — постоянно улыбаться
После третьего раза страж воздушных ворот государства Пакистан понял — нажал кнопку — и почти сразу же к стойке подошли офицер и двое солдат. Офицер что-то сказал, негромко и четко — и по этому сигналу один из солдат ловко подхватил ее большой чемодан.
— Что вы себе позволяете!? Я американская гражданка!
— Идти с ними. Помогать. Не кричать — таможенник все-таки что-то сумел донести до кипящего от возмущения разума американской туристки-репортерши.
Сопровождаемая взглядами людей из очереди, миссис Вард пошла за офицером и солдатами, уносящими ее вещи.
Путь был недолгим — они нырнули в какой-то темный, плохо освещенный коридор, прошли по нему затем повернули. В коридоре было много дверей, все одинаковые, без номеров, расположенные слева. Около одной из них офицер остановился, постучал, потом приоткрыл дверь и что-то сказал. Получив ответ, распахнул дверь шире и показал рукой. Поняв, что от нее требуется, миссис Вард зашла в кабинет, следом солдат занес ее чемодан и поставил у двери. Дверь захлопнулась.
Кабинет был точно таким же, каким миссис Вард представляла кабинеты в КГБ. Она никогда не была в КГБ и не имела дел с КГБ- но почему то ей казалось, что кабинеты в самой зловещей советской организации будут выглядеть именно так. Голые стены, покрашенные масляной краской. Простая мебель из дерева и металла, грубо сработанная — такую обычно делают заключенные. Лампа с абажуром на столе — нетрудно себе представить, что абажур может быть повернут и мощный поток света устремится в лицо подозреваемому. За столом, на котором лежат какие-то дела в картонных обложках, две ручки, карандаш и ее темно-синий паспорт, сидит среднего роста худой человек в очках с роговой оправой.
— Присаживайтесь.
— Я американская гражданка и вы не имеете права меня задерживать.
— Вас не задержали. Вас пригласили на беседу. В стране опасно, действуют бандиты, это обычная беседа. Присядьте.
Пакистанец прекрасно говорил по-английски, впрочем здесь английский многие знают в совершенстве, как-никак бывшая британская колония. Английский язык учат в военных училищах, в армии его знание обязательно.
Поняв, что лучше не перечить облеченному властью человеку, миссис Вард села на самый краешек стула, опасаясь порвать колготки.
Человек тем временем листал ее паспорт.
— Дженна Вард — констатировал он, перелистывая страницы.
— Может быть, и вы представитесь?
— Майор Махмуд, межведомственная разведка. Вы являетесь гражданкой США?
— Да.
Во многих странах это было своего рода проходным билетом. В этой тоже должно было быть, учитывая, какую помощь США оказывает этим подонкам.
— С какой целью вы решили посетить государство Пакистан?
Майор немного неправильно строил фразы, что выдавало то, что английский язык не являлся для него родным.
— Я хочу отдохнуть.
Майор положил паспорт на стол, внимательно посмотрел на нее
— Государство Пакистан не является традиционным местом отдыха для граждан вашей страны, миссис Вард.
— А я люблю экстремальный туризм.
— И какие же места вы намереваетесь посетить?
— Здесь я хочу посмотреть мечеть Барл Имам. Потом я направлюсь в Пешавар.
— Мэм, Пешавар не лучшее место для туристов.
— А я все равно хочу посмотреть. Обожаю опасные места.
