Противостояние полностью

Вместе с маршалом Колдуновым были уволены двести девяносто восемь офицеров ПВО. Оперативный дежурный четырнадцатой дивизии ПВО Иван Карпец получил пять лет лишения свободы, дежурный ЗБУ «Анод» майор Вячеслав Черных — четыре года лишения свободы.

Михаил Сергеевич Горбачев воспользовался пролетом Руста, чтобы обезглавить армию. Бывший директор Агентства Национальной безопасности США, генерал-лейтенант Уильям Одом, по этому поводу с удовлетворением отметил: «С момента прихода Горбачева к власти, на своей должности удержался лишь заместитель министра обороны по вооружению. В числе замененных должностных лиц были министр обороны, все другие его заместители, начальник Генерального штаба и два его первых заместителя. Главнокомандующий ОВС Варшавского договора и начальник штаба ОВС, все четверо «верховных командующих», все командующие группами войск (в Германии, Польше, Чехословакии и Венгрии), все командующие флотами, все командующие военными округами. В некоторых случаях, особенно это касается командования военных округов, командующие заменялись по три раза… Трудно сказать, насколько далеко вниз по должностной лестнице прокатилась волна чистки, но, вероятно, она достигла, по меньшей мере, уровня командования дивизий, а возможно, пошла и еще ниже.»

Дело было сделано.

Апрель 1987 года

Просто омерзительно…

До Исламабада проблемой было даже добраться нормально. По понятным причинам, большая часть нормальных авиакомпаний туда не летала. Летала Пан-Америкен — у нее был удобный рейс из Лос-Анджелеса на старом семьсот седьмом. Конечно, уровень обслуживания не сравним с Эйр Франс или САС — но выбирать не приходилось.

Едва размороженный, почти несъедобный обед. Устаревшего образца салон — по-моему у Эйр Франс расстояние между креслами в экономическом классе больше, чем здесь — в первом. Ну и пассажиры…

Как и в любом рейсе на восток — много военных, причем не американских — а местных, азиатов. Видимо — проходят курс обучения. Хватает и наших военных — короткая стрижка, джинсы и кожаная куртка, настороженный взгляд, большая спортивная сумка. Инструкторы, разведчики и тому подобные.

Были и люди, прямо противоположные им — миссионеры. Эти наоборот — приторно любезны, одеты совсем не так, как следовало бы одеться для гор. Наконец — местные, возвращающиеся из США. От них почему то всегда плохо пахнет, даже от тех кто прилично одет.

Дженна Вард сидела на среднем ряду в креслах по правому борту самолета. С одной стороны ее соседом был коротко стриженный рыжеволосый молодой человек, с другой — невысокий, лысоватый тип в дешевых очках. Он постоянно сморкался в платок, будто бы простужен…

— Извините… — сказал он, после того как высморкался очередной раз

— Ничего страшного… — ответила миссис Вард максимальной нейтральным тоном. Он ей сразу не понравился — странный какой-то. О знакомстве и даже о флирте — лучше ему и не думать.

— Вы с телевидения?

А вот это уже интересно…

— Почему вы так подумали?

Вместо ответа коротышка ткнул пальцем в место на куртке рядом с молнией, как раз на уровне груди.

— Видите, здесь дырки. Такие дырки бывают от микрофона, который крепится сюда и записывает звук. Профессиональное оборудование.

И в самом деле интересно…

— Вы хотите покуситься на лавры Шерлока Холмса? Дженна Вард.

— Никогда не слышал. Майкл Миллс. Бухгалтер.

Больше всего заинтересовала профессия — что бухгалтеру делать там?

— В Пакистане опасно.

— Я знаю. Черт, даже воду из-под крана там нельзя пить[202].

— Вас наняла какая-то пакистанская фирма для аудита?

— Нет. Меня нанял для аудита дядя Сэм.