От безысходности, собравшись вместе, люди перекрыли торговый путь – единственную пригодную для передвижения дорогу, ведущую в Ингольштоф и, вырубив лес неподалеку, сделали импровизированный рынок, где торговцы освобождались от налога и продавали товары по низким ценам.
Узнав об этом, Бадвин пришел в ярость и жестоко разгромил рынок с помощью вверенных ему войск, устроив кровавую бойню. Разлетевшаяся весть о разгроме торговцев быстро разнеслась по округе и отбила желание последних поплатиться жизнью за товары, что породило отсутствие съестных припасов на столах горожан.
Отчаявшиеся люди с оружием в руках готовились защищать единственное жилище, откуда солдаты пинками выгоняли их во двор, требуя, чтобы горожане отказались от домовладения во списание долга. Беспредельная жадность местного правителя привела к множеству жертв и ночным поджогам конфискованных жилищ. В некоторых местах выгорали целые деревни. Отчаявшиеся люди палили дома и уходили в лес. Очевидцы тех страшных событий поговаривали, что город практически обезлюдел, вереницы крестьянских повозок, запряженные людьми, катились с жалкими пожитками прочь. Одна бедная крестьянка, растившая тройню без мужа, стояла на коленях перед стражниками, плача и умоляя их не забирать последнее:
– Нет ни одной семьи в округе, где я бы не брала в долг муки или хлеба. Мне нечем кормить детей, в доме моем нет ни крошки съестного. Прошу, пощадите! – молила вдова стражников, пытаясь заслонить вход в дом телом, но те попросту отрубили ей руку, скормив обрубок кисти собакам на глазах у детей.
Той же ночью в дом управляющего рынком проникли неизвестные и, перерезав членам семьи глотки, вынесли все ценное, оставив в живых лишь маленьких детей.
Некоторым зажиточным с трудом удалось сбежать из города, оставив нажитое непосильным трудом, но не всем сопутствовала удача – многие были попросту жестоко убиты. Они отошли на достаточное расстояние от города, но были пойманы крестьянскими бандами или разбойниками, прослышавшими про беспорядки и, будто падальщики, явившимися на кровавый пир. Ведомые смрадом разлагающихся тел, тащились они со всех концов государства в надежде урвать кусок пожирнее.
Власть в желании набить карманы потеряла человеческое лицо. Волна обездоленных потянулась в близлежащие города в надежде найти лучшую жизнь.
Конечно, не все активно выступали против власти. Многие предпочли отсидеться дома, а кто-то действовал скрытно, но все же в поисках лучшей жизни те, кто был способен идти, отправились в дальние колонии.
***
В один из непримечательных дней упадка Ингольштофа у входа на главную городскую площадь появились странные личности. Одетые в балахоны, с закрытыми лицами, они щедро раздавали нуждающимся монеты, в придачу к этому каждый получал отпечатанную красочную карикатуру, на которой король был изображен вместе с главой церкви в виде эльфов. На другой стороне изображался местный правитель, Бадвин, верхом на осле, груженном мешками с золотом. Внизу красовалась надпись: «Общегородской праздник сегодня вечером на центральной площади».
Утонувшему в крови поселению было не до празднования, все же перед дворцом собралась внушительная толпа, состоящая в основном из крестьян. Народ выкрикивал оскорбления в адрес всякого рода власти. Пару заранее подготовленных соломенных чучел Бадвина и короля насадили на вкопанные в центре площади деревянные колья. Град камней осыпал дворец и охранявшую его стражу, пытавшуюся отогнать недовольных, благо снарядов хватало на всех – городская площадь, вымощенная булыжником, являлась настоящим арсеналом.
Не менее ущемленная в правах городская стража попыталась разогнать собравшихся, но, ранив нескольких недовольных лордом, получила неожиданный отпор и, потеряв пару бойцов, ретировалась, не рискуя вступать в дальнейшее столкновение. Стражники лишь наблюдали за происходящим со стороны, то и дело уворачиваясь от назойливых булыжников, пролетающих со всех сторон, будто огромные пчелы, грозящих ужалить любого подвернувшегося на пути.
С наступлением темноты чучела подожгли, и до утра, танцуя вокруг пепелища и разведенных костров, люди не расходились по домам. С десяток бочек с горячительным, доступным для всех желающих, стояли посреди площади, подогревая кровь смутьянам.
Поседевший и обезумевший после неудачного покушения Бадвин прятался в подвале резиденции и наотрез отказывался выходить к людям и с кем-либо разговаривать.
Стражники, с трудом сдерживающие толпу, видя трусость сеньора, недолго отстаивали дом правителя. Лишь комендант суетился, боясь расправы, и всячески пытался растормошить вояк.
***
Городская тюрьма, переполненная задержанными за любого рода проступок, казалось, скоро лопнет от количества заключенных, содержащихся в нечеловеческих условиях: практически без еды, со стаканом тухлой воды на человека в день.
Многие арестанты подвергались пытками – надзиратели пытались выведать, где заключенные прятали пожитки.
Многие люди, не желая отдавать последнее власти, устраивали что-то вроде тайников, где хранили нажитое непосильным трудом.
