Но сегодня добраться до двери своего кабинета-крепости Аркадию Николаевичу удалось не сразу. Открытые, честные и, самое главное, громкие высказывания коренной лучановки Фирюзы Абакумовой заполонили его приемную и заставили его секретаря уйти в глухую оборону – прикрыв большой кожаной папкой свою впалую грудь, вечная девушка Марибэль Лаврова плотно воткнула свои тощие лопатки в дальнюю стенку мэровской приемной.
– Да он твоего Мишку чуть-чуть не дожал! Оставил бы голым и все! Да ты и сама могла его скинуть с крыши – последние мозги потеряла из-за этого кобеля. Да хоть бы было что у тебя, а то ни ребенка, ни котенка, живешь и то по ночам, когда Мишка заявится, ведь не любишь же – он тебе вроде таблетки какой…
– Пожалуйста! Пожалуйста!
– Во! Ты без Мишки даже крикнуть по-человечески не можешь! Да тебе и денег то его не надо! Ну, точно наркоманка! Да живи ты по-людски – роди, Мишку уведи, наконец, ну или другого кого приветь, сделай хоть что-нибудь – хватит спать уже! Ну, если в тюрьму не загремишь, конечно!
– Не надо, ну пожалуйста!
– Тьфу! Ну как со стенкой, даже не поговоришь! Нет, ты скажи мне…
Аркадий Николаевич рванул дверь приемной и буквально вдавил Фирюзу в угол:
– Ты чего тут торчишь?!
Оглушенная и вдавленная Фирюза молчала и как рыба открывала рот, пытаясь припомнить, а что же она тут делает в воскресный нерабочий день:
– Я… да Васильевна ваша к дочери укатила – внук родился.
– Какая наша?! А… так и драй полы, а не ори на людей! А чего это ты в воскресенье явилась? Что так язык чешется?! Здесь тебе не лавка у подъезда! А ну, двигай отсюда!
Столь свободный и эмоциональный стиль общения главы Лучановской администрации со своим наемным работником был вполне объясним – собеседники знали друг друга уже более пятидесяти лет. Аркадий Николаевич и Фирюза учились в одной средней лучановской школы вместе с Алевтиной Ивановной Слепых, их отношения были искренними и лишенными всяких иллюзий и толерантности. А посему, Аркадий Николаевич сверля свою одноклассницу не только острым взглядом, но и не менее острым животом (как ему это удавалось?) пусть и невежливо, но очень быстро выпроводил ее за пределы своего королевства.
Обернувшись к Марибэль, с трудом восстанавливающей прерывистое дыхание и другие важные функции своего фарфорового организма, Аркадий Николаевич, во-первых, поморщился, во-вторых, подумал: «Девчонка вся на нервах, а тут еще эта старая сплетница!», а в-третьих, сказал: «Не хнычь! Зови всех ко мне, но сначала – Виктора».
Виктор Эдуардович Лоза, первый заместитель главы Лучановской Администрации, был фигурой закрытой и непубличной. Все, что знали о нем лучановцы, это – городской начальник, в Лучанах уже четыре года, не женат по причине всепоглощающего и томительного ожидания перевода по службе в областную столицу, безлошадный (поэтому же), в интимных и дружеских связях не замечен, единственное и постоянное место его работы – стул в кабинете Аркадия Николаевича. Хотя свой кабинет у Виктора Эдуардовича имелся, но вот что он там делал, лучановцы не знали, а, если честно, и не стремились узнать. Сам же Аркадий Николаевич мог бы добавить кое-что еще к портрету своего заместителя – например, то, что Виктор Эдуардович умен, современно образован в гуманитарной сфере, гибок и восприимчив. Словом, ничего плохого лучановский мэр в своем заме не видел, но и хорошего тоже, справедливо полагая, что рассчитывать на что-то, помимо лояльности, от человека, отбывающего необходимый для карьеры срок, глупо. Вот так и существовал Виктор Эдуардович Лоза в славном городе Лучаны – вроде и здесь он, присутствует, так сказать, а вроде и нет его вовсе, в общем, как обозвала его однажды Фирюза – мэровский телохранитель – ну а кому интересно как его зовут и о чем он думает.
Привычно заняв свой стул, Виктор Эдуардович терпеливо ждал, когда его босс закончит разговаривать по телефону:
– Да понятно, понятно, введу в курс, так сказать… Виктор, съезди на вокзал, встреть этого Галушкина – он приезжает в два. Нам еще только ревизоров областных не хватает!
– Неудивительно, такое резонансное убийство! Погибший всегда был лидером местной оппозиции и, кстати, он ведь состоял в политической партии?
– Какой еще местной оппозиции?!
– Неважно. Да даже если и не состоял – вспомните, против чего он протестовал вчера.
– Чего? Ты о…
– Это современные либеральные ценности. Степан Фомич последовательно их отстаивал. Уверен, его убийством заинтересуется не только область, но и Москва!
– Накаркаешь! И тут политика! Да не было этого в Лучанах никогда!
– Аркадий Николаевич, мир изменился, а вы все только дырявыми трубами, да латанием дорог занимаетесь. Любой мэр сейчас, прежде всего, политик, его задача – не самому траншею копать, а создать условия для местных предпринимателей.
– Ага! Тогда точно никто траншею копать не будет! Все только создавать условия кинуться! Да и откуда эти предприниматели возьмутся, с Луны прилетят? Завод то стоит, у людей денег только на еду.
– Вот и нужен малый бизнес, он и рабочие места создаст, и налоги в городской бюджет принесет.
