Провокативная терапия полностью

Отец (мягко): Давай, милая, допивай молоко.

Дочь (решительно): Нет!!!

Отец: Ну пей же, дорогая.

Дочь (с усмешкой): Нет!

Отец (объясняя): Послушай, милая, молоко полезно для тебя. Ты должна пить молоко.

Дочь: Нет, я не хочу!

Отец (громче): Я хочу, чтобы ты выпила это молоко. (пытаясь обосновать свою просьбу) Как же ты вырастешь большой и сильной, как мама?

Дочь: Я не хочу быть похожей на маму!

Отец (стиснув зубы, напряженным голосом): А ну пей это чёртово молоко!

Дочь (категорично): Нет!

Отец (спокойно): Я досчитаю до трёх и, если ты не начнёшь пить, шлёпну тебя по руке.

Дочь: Нет!

Отец (говорит сам себе): Ну и чёрт с ним… Пора ехать… Оно того не стоит… Ну уж нет! Даже если мне придётся сидеть здесь до утра, этот ребёнок выпьет молоко… Но родители могут травмировать психику маленьких детей, сделать их безнадёжными и не поддающимися исправлению. (затем вслух в ответ на её плач и его третий шлепок по руке) Разберёшься с этим у психотерапевта, когда тебе будет двадцать один год, малышка!

Раз, два, три. – Нет! – Шлепок.

Раз, два, три. – Нет! – Шлепок.

Отец (опять обращается к себе): Я думал, ты хочешь быть хорошим отцом… Твой отец совершил множество ошибок, и теперь ты их повторяешь.

В семи из десяти случаев после этого он назовёт себя грубияном, садистом и скажет, что слишком давит, принуждает, не принимает во внимание желание ребёнка, его самостоятельность и т. д. Дочь тем временем плачет, отец вытирает ей лицо, продолжает считать и даёт ей молоко. Наконец, задыхаясь и всхлипывая, она выпивает молоко. Когда они едут в машине, дочь всхлипывает на заднем сиденье: «Папа, если я выпью молоко, меня не будут шлёпать».

Отец (останавливает машину, тянется назад и обнимает её): Вот и всё, ты выучила урок, дорогая.

4. Восемнадцатилетний функционально неграмотный юноша отличался крайней агрессивностью: наносил другим людям уколы карандашами, бросал телевизор в беременную женщину. На первом провокативном интервью:

Пациент: Я тебе сейчас зубы в грёбаную глотку засуну!

Психотерапевт (глядя на пациента): Да? И что, по-твоему, я буду делать, пока ты «засовываешь мои зубы в мою грёбаную глотку»?

Пациент (угрюмо): Укусите меня.

Психотерапевт (кивает и улыбается): Ты всё правильно понял, кусака! (С. 4)

5. Ивар Ловасс решил применить принципы обучения к ребёнку-аутисту, которого семь из одиннадцати лет его жизни приходилось привязывать к кровати, чтобы он не кусал себя и не бился головой о мебель. Вооружившись лишь электрошокером для скота (эвфемистически названным фарадическим стимулятором)[7], который не повреждает ткани, но причиняет сильную боль, он позволил ребёнку вести себя свободно. Ребёнок огляделся и начал кусать себя. Ловасс сказал: «Нет, Билли!» и ударил его током. Ребёнок был в недоумении – ни внимания, ни ласки. Он снова начал кусать себя и тут же получил удар током. Через минуту и ещё два круга «укус – удар» его поведение было изменено навсегда (по крайней мере, в присутствии Ловасса; после этого можно было продолжить генерализацию поведения).

6. Девятилетний ребёнок в течение нескольких лет какал на ковёр в гостиной, когда сердился на родителей. Его водили в детские консультации и к частным психотерапевтам. На занятиях по игровой терапии он делал кукол и лепил из глины – безрезультатно. Подруга матери предложила ткнуть его носом в кучу. В следующий раз, когда поведение повторилось, отчаявшаяся мать сделала то, что ей посоветовали. Измазанный ребёнок хватал воздух ртом с изумлённым видом. (Это было не по сценарию – что это за лечение?) Больше выходки с фекалиями на ковре в гостиной не повторялись.

7. На терапию пришла многодетная семья. В доме царил постоянный хаос, и мать семейства злилась, чувствовала себя виноватой и на грани истерики. Её попросили привести один конкретный пример того, как дети могли бы ей помогать. Она решила, что ей будет значительно легче, если дети будут сами складывать свою одежду после стирки.

Психотерапевт: Я научу вас быть радостным садистом.

Мать: Как это?

Психотерапевт: То есть причинять боль другим и получать от этого удовольствие.