На глазах у всех детей с большим юмором и убедительностью психотерапевт объяснил ей принцип поговорки «Кто не работает, тот не ест»: он убедил её не давать детям еду, пока они не уберут одежду. Десять детей были лишены еды всего пять раз за два дня, и все дети после этого с радостью помогали по дому.
Таким образом, в клинической практике, как и в жизни, необходимо проводить различие между кратковременной жестокостью и долговременной добротой, с одной стороны, и кратковременной добротой и долговременным вредом – с другой. В области воспитания детей (где период полураспада научной истины оценивается в десять лет) сильно распространён миф о том, что наказание, отрицательное подкрепление или раздражение по отношению к другому человеку, поведение которого воспитатель якобы формирует, будут иметь безоговорочно отрицательный эффект.
Социализация детей в любой культуре неизменно осуществляется с помощью любви, нежности, постоянного пресечения шалостей, насилия, наказания, лишения пищи, принудительной социальной изоляции и подобных методов «дрессировки» (см.: Azrin and Holz, 1966; Aronfreed, 1971, для дальнейшего углублённого изучения эффективных методов наказания). По нашему мнению (см.: Ludwig and Farrelly, 1967), наказания будут применяться всегда, вопрос в том, будут ли они эффективными и явными или неэффективными и оправдывающимися. Садисты встречаются везде, в том числе и в профессиях, связанных с охраной психического здоровья, но необходимо проводить различие между садизмом и получением удовольствия от выплёскивания давнего оправданного гнева на клиента или пациента и наслаждением от изменившегося просоциального поведения. Если любви недостаточно, то и наказание не поможет; оба этих подхода вместе могут быть удивительно эффективны в изменении поведения.
Существует народная мудрость, гласящая, что важно не то, что сказано, а то, как сказано. Психотерапевты, занимающиеся групповой терапией, заинтересованные в том, чтобы выяснить непосредственные переживания и реальные чувства клиентов, обращают внимание на язык тела их клиентов.
Выражение лица, интонация и тембр голоса, темп и паузы в потоке речи, зрительный контакт, жесты, постукивание ногами и т. д. давно используются опытными психотерапевтами для декодирования коммуникации и лучшего понимания клиента. Не только невербальный язык клиента имеет значение, но и психотерапевт, практикующий провокативную терапию, которая построена на парадоксах и порой жёстких словах, зависит от собственных невербальных сообщений и должен уметь мастерски сочетать вербальную и невербальную коммуникацию. Мы часто говорим студентам, что важнейшим компонентом провокативной терапии является умение улыбаться глазами и с юмором посылать инконгруэнтные сигналы.
В дополнение к вышеперечисленным допущениям существуют ещё две центральные гипотезы провокативной терапии. Они сформулированы как гипотезы, которые могут быть доказаны или опровергнуты каждым новым клиентом и научными методами.
Первая гипотеза связана с отношением клиента к самому себе, его я-концепцией: спровоцированный психотерапевтом (с юмором, проницательностью и в рамках внутренней системы взглядов клиента), клиент будет двигаться в направлении, противоположном тому определению, которое психотерапевт дал его личности.
Вторая гипотеза сосредоточена на явном поведении клиента: если психотерапевт провокационно (с юмором и проницательностью) побуждает клиента продолжать саморазрушающее девиантное поведение, то клиент будет склонен к обратному поведению, более приближенному к общественной норме.
Существует несколько вариантов этих гипотез: если психотерапевт оправдывает клиента, то клиент будет стремиться не оправдывать себя и брать на себя бо́льшую ответственность за своё поведение, свои ценности и установки; если психотерапевт предлагает достаточно бессмысленные рационализации патологического поведения клиента, то клиент будет стремиться выискивать объяснения на простом очевидном уровне и использовать научные принципы мышления, особенно принцип парсимонии и принцип бритвы Оккама. Подтверждение этих гипотез можно легко заметить в клинических примерах, приведённых в этой книге.
В различных теориях выдвигается множество предположений о механизмах взаимного влияния «если» и «то», однако здесь не будет предпринята попытка предложить объяснительный механизм для утверждений «если…, то…»
Любой человек может разгневаться – это легко, но разгневаться на нужного человека, в нужной степени, в нужное время, с нужной целью и правильным образом – это нелегко.
