Провокативная терапия полностью

Для того чтобы иметь хорошие шансы на успех терапии, большинство манёвров пациентов должны быть доступны психотерапевту с целью достижения терапевтических изменений. Так, психотерапевт может пойти на явную ложь, отрицание, рационализацию, выдумку (например, придуманное на ходу исследование), плач и фиглярство. Поведение клиента часто является уловкой, направленной на достижение контроля над терапевтическими отношениями, и иногда психотерапевту приходится противостоять ему на довольно примитивном уровне. Образно говоря, психотерапевт часто связан по рукам и ногам правилами маркиза Куинсберри[8], а пациент использует психологический эквивалент ударов коленом под дых и тыканья большим пальцем в глаз. Исход такого поединка часто не вызывает сомнений – в конечном счёте он оборачивается во вред пациенту.

Наиболее ёмко роль провокативного психотерапевта можно обозначить как «адвокат дьявола». Психотерапевт становится негативной половиной амбивалентного отношения пациента к самому себе, своим жизненным целям и ценностям и другим людям. Психотерапевт играет роль сатаны, искушая клиента продолжать «грешить» и придерживаться девиантных, патологических моделей поведения, приводя веские и благовидные причины.

Во время сессии он берет на себя «кривую» часть разговора, тем самым провоцируя клиента отвечать за более рациональную, «прямую» и психически адаптивную часть. В качестве примера можно привести следующий случай: привлекательная девушка, проститутка и наркоманка, была направлена (к Ф.Ф.) для планирования выписки из больницы.

Психотерапевт (удивлённо): Планирование выписки?! (смеётся) Ну понятно, чем вы будете заниматься, выйдя отсюда.

Клиентка (протестуя): Минуточку… я нашла работу официантки.

Психотерапевт (аргументированно): А зачем стоять на ногах по восемь часов в день, когда можно заработать те же деньги, лёжа на спине всего 20 минут?

Клиентка (смеясь, но серьёзно): Перестаньте так говорить!

(С. 5)

Эта клиентка зарабатывала до 500 долларов за ночь в качестве девушки по вызову, и, конечно, у неё был соблазн вернуться к прежней жизни. Однако она твёрдо решила этого не делать (даже несмотря на то, что психотерапевт пытался убедить её в обратном). Вместо этого она выбрала более стабильную работу официантки и не отступала от своего выбора, поскольку сама пришла к выводу, что её прошлые модели поведения носили разрушительный характер.

Ещё один пример того, как провокативный психотерапевт использует повторение худших мыслей и страхов клиента о себе. Я (Ф. Ф.) работал с хронической пациенткой и предлагал ей поступить в штат психиатрической больницы, то есть убеждал её отказаться от выписки, навсегда обосноваться в больнице и доживать там свой век, выполняя какую-нибудь работу. Я разыгрывал роли, описывая, какой будет её жизнь в больнице, как будут реагировать на неё окружающие, как будут проходить десятилетия, как в конце концов она станет старухой и больше не сможет выполнять порученную ей работу и что это будет лучшая жизнь для неё, так как мы будем её организовывать и контролировать. Она была поражена и напугана такой перспективой, но призналась, что действительно думала о чём-то подобном, и заявила о твёрдом намерении покинуть больницу и никогда туда не возвращаться.

В рамках провокативной терапии психотерапевт различными способами имплицитно или эксплицитно указывает на социальные последствия установок и поведения клиента. Он пытается высказать словами всё то, что в нашей культуре запрещено говорить друг другу; он стремится выразить невыразимое, почувствовать невысказанное и подумать немыслимое вместе с клиентом, облекая в словесную форму его неявные сомнения, повторяя его упаднические мысли и страхи о себе и реакции на него других людей. Клиент неизменно обнаруживает, что он не раздавлен и уничтожен, а может справляться с различными жизненными конфликтами и проблемами более осознанно, подходящими способами и адекватно ситуации.

Психотерапевт, практикующий провокативную терапию, очень часто выходит за рамки простого побуждения и искушения. Действительно, в абсурдном поощрении симптомов (до такой степени, что они становятся нелепыми) существует мало ограничений. Психотерапевт приводит «идиотские» данные из любых источников в поддержку и для доказательства иррациональных утверждений клиента. Он с иронией и достаточным правдоподобием рационализирует и оправдывает отговорки и уходы от ответа (reductio ad absurdum). Психотерапевт высмеивает поведение пациента, постоянно одобряя и оправдывая его. Например, психотерапевт (обращаясь к холодной, отстранённой и циничной пациентке «искренним» тоном): «Вы слишком честны и проницательны, чтобы быть ласковой и доброй». Безответственность пациента и его неспособность измениться как лейтмотив проходят в словах психотерапевта.