Психотерапевт: А вы разве так не думали? Без вас у них было бы больше шансов, и… знаете, им, конечно, нужен был кто-то более стабильный, зрелый и психически здоровый, чем вы. Разве вы так не думали?
К: Да, это так.
Психотерапевт (
Клиентка: Ладно. Так что же мне делать с моими детьми?
Клиентка: Это то, что не даёт мне спать ночами, больше…
Психотерапевт: Хм?
Клиентка: Чем что-либо ещё.
Психотерапевт: Да. Вроде как, ну, мы не можем спасти родителей, но, по крайней мере, мы можем попытаться сделать что-то с детьми. Что-то в этом роде?
Клиентка: Ну я не знаю.
Психотерапевт: Что, у вас опять слёзы на глазах?
Клиентка (
(С. 20)
Среди нескольких возможных для психотерапевта ролей (например, целителя) рассмотрим роль придворного шута. Этот человек, как мы знаем, в шутливой форме отзывался о короле, его придворных и государственных делах; он возвращал людей с небес на землю, переворачивал всё с ног на голову. Например, пациент, скажем так, страдает от излишней серьёзности. Для него бессознательное – бремя, его личность – загадка, но со стороны он может показаться совершенно обычным, а его проблемы – незначительными. Однако именно потому, что ему больно и он считает, что у него нет выхода, он должен научиться смеяться сквозь слезы и осознать собственную нелепость. Без непочтительности к его страданиям и он, и психотерапевт увязнут в серьёзности.
Часто приходится напоминать студентам, что если клиент не смеётся хотя бы в течение части терапевтической сессии, то психотерапевт проводит не провокативную терапию, а нечто иное, и то, что он делает, может иметь порой разрушительный эффект. Юмор играет центральную, ключевую, важнейшую роль в провокативной терапии. Он является необходимым, а не второстепенным дополнением к «настоящей» работе.
Юмор и его выражение в смехе – явление настолько повсеместное, что мы практически не замечаем его в повседневной жизни. Однако атмосфера, царящая на психотерапевтических сессиях, зачастую пронизана чрезмерной серьёзностью, а специалисты одержимы ею. На начальных этапах лечения клиенты, случается, смеются, и чаще всего психотерапевт воспринимает их смех как неуместный, как фасад или защитный механизм, который должен быть нейтрализован соответствующими комментариями, чтобы продолжить «серьёзную» терапию. Возможно, Фрейд был типичным и культовым в этом отношении: он написал глубокий трактат о юморе (1928), но никогда не применял юмор в своём кабинете.
Юмор – ценный навык для постижения и подчинения человеческой природы. Парадоксы биологии, культуры и технологий влияют на психику человека. Их влияние и взаимосвязь редко остаются в фокусе пристального внимания надолго, поэтому они, естественно, вызывают ту или иную степень неясной тревоги. Справляясь со своими проблемами и сопутствующими им страхами, человек постоянно сталкивается с такими моментами, как личная ответственность и личные ограничения. Кроме того, реальный мир непрерывно меняется, а значит, должно меняться и наше восприятие реального мира, чтобы мы могли приспосабливаться к нему. Наша задача – сохранить баланс и перспективу, и именно в этом отношении юмор может сыграть решающую роль. Поговорка «Рад бы заплакать, да смех одолел» иллюстрирует эту мысль. Её смысл: юмор способен отвлечь человека, который пытается справиться с глубинной печалью. Такая трактовка не вызывает возражений, но следует обратить внимание и на другой смысл, а именно: если слишком долго или непреклонно придерживаться какой-либо идеи, убеждения или восприятия, то это неизбежно приведёт к слезам. Таким образом, на проблему нужно смотреть с разных точек зрения, и юмор даёт нам такую возможность.
