Самая ведь малость осталась. До Плинто, нервно суетящегося у края и не знающего, чем помочь другу, всего три или четыре локтя. Но преодолеть это расстояние Пруту, похоже, не судьба.
Перехват руками, ещё и ещё. И никакая воля уже не может заставить дрожащие пальцы удержать его на скале...
Сначала сорвалась левая рука, оставив Прута висеть на одной правой. Но и это длилось недолго. Парень зарычал, чувствуя, как пальцы один за другим теряют силу и соскальзывают с края расщелины.
Сила земли безжалостно потянула его вниз. Прут начал сползать и готов был уже посильнее оттолкнуться от скалы, чтобы попробовать хотя бы долететь до реки, но не успел.
Кто-то бесцеремонно вцепился ему в волосы и дёрнул кверху. Мотнув при этом чуть в сторону и приложив мордой лица о каменную стену.
— Ох!
Волосы, вырываемые с корнем, затрещали. Из глаз сыпанули искры. Хлынувшая из носа кровь размазалась неровной полосой по скале и закапала на грудь. Но падение остановилось. Прут повис, болтая ногами.
— Хватайся! — донеслось до него сквозь звенящий шум в голове. — Я долго не смогу тебя удерживать!
За что тут хвататься-то?!
Перед глазами только ноги Плинто. Это он его схватил! Он! Сдуреть! Рискнул и не дал свалиться в пропасть!
Прут ухватился обеими руками за штанину шаманского ученика, зашкрябал ногами по скале, ища опору.
— Всё, отпускай, — правая нога нащупала небольшой выступ. Уже хоть что-то. — А то все волосы мне повыдираешь. Это вы, шаманы, их напрочь сбриваете, а мне моя шевелюра ещё пригодится!
Создатели, ну и чушь же он несёт! Какая, к троглу, шевелюра!
Вторая нога нашла опору, и Прут сумел приподнять себя чуть повыше. Рука Плинто выпустила волосы и ухватилась за подмышку.
Всё, теперь точно спасён!
— Ты уж не серчай, — надумал повиниться насупившийся Плинто, как только Прут наконец-то очутился рядом с ним на уступе. — Тебя больше не за что ухватить было. Ты же без рубахи даже.
— Да ты что, дурила, — парень хлопнул его по плечу. — Ты ж меня от смерти спас. Только глянь, что там внизу делается. Одни каменюки. А на волосы плевать, новые отрастут.
Ученик шамана торопливо кивнул, но вниз смотреть не стал. Вместо этого указал на продолжавших подбираться к ним коротышек:
— Убегать надо. Близко они уже совсем.
— Не боись, — несмотря на разбитое лицо да противно вдруг задрожавшие руки и ноги, Прут неожиданно ощутил прилив какой-то радостной весёлости, лёгкости и даже залихватской удали. Теперь он был совершенно уверен, что им с Плинто удастся выбраться из этой переделки живыми и невредимыми. — Убежим. Только я этим уродцам шкуры ещё напоследок попорчу. А ты того, двигай дальше. Я догоню.
— Ну уж нет, — отчего-то вспылил Плинто, — давай вместе уходить! Чем ты им шкуры портить собрался? У тебя даже захудалого ножа нет!
— Да я их руками голыми! — Прут сверкнул глазами и погрозил коблиттам кулаком.
Однако Плинто твёрдо стоял на своём:
— Нет, уходим! Одного я тебя не оставлю! Кто тебя опять вытащит, если что?! Да и я потом один не смогу убежать, пропаду!
Вот и что теперь делать?
Пару ударов сердца Прут терзался сомнениями, не зная, как поступить. Но ведь прав Плинто: ему, хилому, не выжить в горах одному. А Прут теперь просто обязан вытащить отсюда ученика шамана и привести домой.
Или же сгинуть тут вместе с ним, потому как иначе ждёт его дома неминуемый позор. А это для орка хуже смерти.
Нужно, нужно уходить.
Хотя первую парочку коротышек всё равно придётся порадовать тёплой встречей. Другие-то приотстали, а эти совсем близко подобрались. Уж лучше здесь их дождаться.
— Хорошо, — кивнул он, приняв решение, — стой здесь пока. Страхуй меня.
Доползший до них первым коблитт отлепился от скалы лишь после нескольких сильных пинков. Второй же, едва оказавшись в достаточной близости, решил Прута перехитрить. Стоило парню протянуть к коротышке ногу, как тот, оттолкнувшись от скалы, диким злобным кошем метнулся к нему.
В ногу вцепиться хотел, гад. В ту, что и так уже башмака лишилась. Да вот только у Прута реакция всегда отменной была.
Ногу он отдёрнул. Ещё и рожу скорчил вслед уносящемуся прочь ко дну ущелья коблитту.
Повернулся к Плинто:
— Всё, уходим. Шевелись теперь энергичнее. Попробуем оторваться.
— Как же ты вот так? — кивнул тот на босую ногу парня.
— Да обойдусь как-нибудь пока, — отмахнулся он. — А потом придумаем что-нибудь.
За поворотом скала оказалась такой же отвесной. Только к горизонтальным трещинам добавились ещё и вертикальные. Причём куда более широкие и глубокие. Словно когтистая лапа гигантского чудища зло прошлась по горе, нанеся рваные и незаживающие раны.
Через такие борозды наверняка ещё сложнее перебираться будет. К тому же башмака одного не хватает. А опираться на каменные выступы босой ногой — то ещё удовольствие. Да вот только, как ни жалуйся, башмак назад не вернёшь. И дорогу мягче не сделаешь. Вздыхай не вздыхай, а дальше карабкаться всё равно нужно. Коблитты хоть и приотстали, но затею догнать и схватить юных орков так и не оставили.
— Прут, смотри, — встревожился вдруг Плинто.
