– Хорош. Я никак не поощряю его подкаты и не хожу с ним на свиданки.
– Потому что ему двадцать пять? По правде, вроде бы уже двадцать шесть. И это значит, боже правый, что он на четыре года моложе тебя. – Лил прижала тыльную сторону ладони к губам с наигранным осуждением. – Ужас! Ты растлительница малолетних!
– Это не смешно.
Лил немного одернула себя. Она была не прочь вызвать румянец смущения на щеках Тэнси – друзья ведь для того и нужны, чтобы подкалывать друг друга, – но ее очень беспокоило несчастное выражение этих больших темных глаз.
– Думаю, совсем не смешно. Тэнс, ты всерьез отворачиваешься от него из-за того, что ты на несколько лет старше? Поменяйтесь вы местами, ты бы и глазом не моргнула.
– Но это не так, и мне плевать, что это нелогично. Я старше его. Еще и темнокожая, ради бога, Лил. Такому не бывать в Южной Дакоте.
– Значит, будь Фарли темнокожим парнем тридцати с небольшим лет, проблема была бы решена?
Тэнси ткнула в нее пальцем.
– Я же сказала, что мне плевать на логику.
Лил ткнула пальцем в ответ.
– Я тебя услышала. Тогда забудем об этом на минуту? Опустим, сколько ему лет и какой у него цвет кожи.
– Но в этом вся проблема.
– Просто на минуту отпустим ситуацию. Он тебе нравится? Сначала я думала, что это просто влечение. Долгая зима и тесное помещение сближают. Двое взрослых людей, активное согласие… Я подумала, что ты хочешь с ним немного поразвлечься. За это я и собиралась нещадно тебя отчитать, потому что, ну, это же Фарли. Он вроде как мой названый мл… брат.
– Видишь, ты собиралась сказать «младший брат». – Тэнси потрясла руками в воздухе. – Младший брат!
– Вот и вся разгадка, Тэнси. Очевидно, что это нечто большее, чем банальный перепихон с симпатичным парнем.
– Он и правда симпатичный, конечно. Я же не слепая, я женщина, и у меня есть глаза. Но у меня не было и мысли о перепихоне. Что за глупое слово!
– О, я вижу, ты никогда не думала о – вставь глупое слово – с Фарли. Пожалуй, пойду за огнетушителем, а то твои штаны дымятся.
– Даже если я и думала о чем-то подобном, то не собиралась доводить дело до конца. Потому что у меня есть еще и мозги. – Тэнси возмущенно вскинула руки. – Мы обе пялились на задницу аспиранта Грега, этого Адониса, когда он целый месяц волонтерил здесь прошлым летом. Но мы не покусились на эту прекрасную задницу.
– Она действительно была прекрасна, – подтвердила Лил. – А этот его рельефный пресс… И плечи.
– О да. Плечи.
На мгновение обе погрузились в благоговейное молчание.
– Боже, как мне не хватает секса, – сказала Лил со вздохом.
– Мне расскажи об этом.
– Ага! Так почему ты не занимаешься им с Фарли?
– Вы меня не проведете, доктор Шанс.
– О, разве нет? Ты не переспишь с Фарли, потому что он не просто еще одно горячее тело, как Адонис-Грег. Ты боишься сблизиться с ним, потому что у тебя есть чувства.
– Я… – Тэнси открыла рот, потом зашипела от возмущения. – Проклятье. Ладно. Ладно, у меня и правда есть чувства. Я даже не знаю, как это началось. Он иногда предлагал мне помощь, и я, конечно, думала что-то вроде: «Какой милый и славный парень». Он и правда очень приятный и с чувством юмора. Мы общались, он мне помогал, и в какой-то момент я начала ощущать внутри столько тепла… Я вспыхивала, стоило ему подойти ко мне. Черт… я же не дурочка, я опытная, взрослая женщина.
– Да, да.
– Я заметила, как он посматривает на меня. Так я начала подозревать, что он чувствует то же самое. Сначала я не придала этому значения. Ну подумаешь, запала на симпатичного ковбоя. Но потом все стало серьезнее. А на прошлой неделе, в тот самый злополучный день, – Лил понимающе кивнула, – мне стало тяжело на душе, и он присел рядом со мной. Он поцеловал меня. Я поцеловала его в ответ, прежде чем поняла, что делаю. Я остановилась и сказала ему, что это больше не повторится. Он продолжал ухмыляться. Цитирую: «Меня так сильно тянет к тебе, Тэнси». Вот кто так говорит? Лишил меня покоя совсем.
Она взяла еще одно печенье.
– Я не могу выкинуть эту чертову ухмылку из головы.
– Ладно. Тебе не понравится то, что я скажу, но… – Лил прижала указательный палец к большому и резко щелкнула Тэнси по лбу.
– Ой!
– Глупостями занимаешься. Перестань ребячиться. Разница в пару лет и цвет кожи – не повод отворачиваться от того, кто тебе дорог и кто заботится о тебе.
– Люди, которые говорят, что цвет кожи не имеет значения, обычно белые.
– Поэтому кто тебе скажет, если не я?
– Я серьезно, Лил. Смешанные отношения все еще сложны во многих странах мира.
– На секундочку: любые отношения все еще сложны во всем мире.
– Именно. Так зачем добавлять сложности?
– Потому что любовь – сокровище. Простая истина, но заполучить любовь и сохранить ее всегда сложно. У тебя никогда не было серьезных отношений.
– Неправда. Я была с Томасом больше года.
