Забавно, уже, оказывается, всем известно, что оружие Арги чихать хотело на блокировку. И, к слову, это касается не только нашего огнестрела, но и энергетического оружия Арги и — как это ни удивительно — Рари. И хотя всё оружие, встречающиеся сегодня в Галактическом Содружестве, сделано на основе оружия Рари, оно вполне себе блокируется. Но объяснение для этого, на самом деле, самое простое — это всё копии гражданского оружия. Рари были очень милитаризованной расой, и оружие у них было неотъемлемой частью жизни. А чтобы пресечь бесконтрольную стрельбу, при изготовлении оружия в них встраивались блокираторы, срабатывающие по внешнему сигналу. Соответственно армейские стволы были лишены подобного недостатка, но в свободную и полусвободную продажу попадают исключительно копии гражданских пушек.
Выйдя из ангара, который был когда-то взлётной палубой авианосца Рари, мы направились по узким и высоким коридорам и, наконец, вышли в основной объём станции. В противовес уже посещённым нами станциям, которые были скорее городом, чем кораблём, эта станция была именно кораблём, точнее сборной солянкой разнообразной техники. Площадей здесь не было, за исключением больших помещений кораблей: ангаров, трюмов, ремонтных и реакторных отсеков. Всевозможные магазинчики, лавки, кафе, забегаловки, отели и бордели — всё располагалось в бывших помещениях кораблей, что обуславливало то, что подойти к ним можно было исключительно по мосткам, межпалубным переходам, а порой — техническим тоннелям. И если корабли, принадлежавшие Рари, позволяли нам свободно — пусть и друг за другом — идти по ним, а корабли Арги и вовсе были для нас как родные, то по кораблям других рас порой приходилось протискиваться боком или идти, согнувшись в три погибели.
И самое обидное то, что мы пока идём по «туристическим» кварталам, где расположены заведения, торгующие всяким барахлом за сумасшедшие цены, а искомые археологи обычно тусуются в центральных злачных местах. Это всё мне поведал пробегавший мимо лисёнок-лайонайль, которому я не стал ломать руку, обнаружившуюся в моём кармане. В конце концов, этот весьма ценный источник информации даже получил монетку на мороженное, или что тут у них ест мелкота?
— Смотри, гном! — Куга, доселе молча разглядывающая достопримечательности, ткнула меня локтем под рёбра и показала пальцем на рыжебородого коротышку.
— И в самом деле, гном, — подтвердил я.
Ну, а кто же ещё? Рост меньше полутора метров, густая рыжа борода до пояса и огромные ручищи, с моё бедро толщиной. Правда, от гномов, в земном представлении, его отличала кожа синеватого оттенка, но кого интересуют такие мелочи?
— Эй, гном, — выкрикнул я. — Где твоя кувалда?
Гномы — кузнецы, гномы — шахтёры. Стереотип? Стереотип. Но этот типчик, поняв, что я обращаюсь именно к нему, поспешил ответить мне на мой вопрос. Метнув упомянутую кувалду прямо в меня.
— Вижу, молодец, — весело скалясь, сказал я, держа в лапе увесистый молоточек, пойманный мной перед самым носом.
Я, положив железяку на плечо, направился дальше, но был остановлен выкриком:
— Эй, кошак, инструмент верни!
— Ты его выбросил? — развернулся я на одних когтях. — Выбросил. Значит, тебе он не нужен, а мне пригодиться. Гвозди забивать им буду.
— Какие гвозди! — возмутился он. — Это семейная реликвия!
— Семейными реликвиями не разбрасываются! — заявил я.
— Ещё мой прадед ковал ею!
— Тогда она тем более тебе не нужна, — весело заметил я, — когда ты в последний раз видел кованое оружие?
— У меня его полная лавка! — махнул он рукой в сторону своего магазина.
— И сколько ты продал за последний цикл?
Дорг — пока я разговаривал с ним, Клык через систему ментальной связи скафандра поведал мне об этой расе — внезапно поник, видимо, дела у него идут не очень. Ну да ещё бы, пусть холодное оружие тут имеет место быть, но всё-таки потребность в нём удовлетворяется с избытком. А особые образцы изготавливаются на молекулярных принтерах, а этот коротышка наверняка же цены ломит, чтобы сохранять рентабельность.
— Не испытывай моё терпение! — взревел он. — По-хорошему прошу: верни инструмент!
— Нечего было кидаться! Всё! — крикнул я, продолжая веселиться от вида набирающего красноту лица гнома. — Моё!
Он, взревев как бык, кинулся в мою сторону. Ну как кинулся… с такими-то ногами…
Я продолжал издеваться над ним, бегая вокруг Куги, крича гному: «Не догонишь! Не догонишь!»
— Что тебе нужно? — Тяжело дыша, спросил он, устав бегать.
— Эта кувалда, — поднял я вверх предмет спора.
— Я тебе другую дам… — всё ещё тяжело дыша, предложил он.
— А мне эта по душе пришлась. В конце концов, мы с ней чуть не поцеловались.
— Да ты знаешь, как меня достали эти шуточки про кувалду, кузнеца, шахтёра? Это было давно! Нет больше доргов шахтёров, ибо нет планеты, в которой были наши шахты, а шутки есть!
— Ну, ты же кузнец, — подметил я.
— А много ты видел доргов кузнецов? — спросил он.
— Да я таких как ты вообще не видел, — признался я.
В Содружестве несколько тысяч разумных рас только лишь на углеродной основе и кислорододышащих, попробуй тут всех упомни. Но гномов я не видел.
