1 Пропуск в копии письма, имеющейся в распоряжении редакции. По содержанию здесь следует вставить: Ольга Николаевна. В своем письме от 23 августа 1886 г. последняя писала Толстому: «Про папу просите написать.... он не может жить душою с нами, нашими интересами; мы иногда говорим глупости и нам весело, а ему они не смешны; он улыбнется, скажет: «вот болтают глупости, точно дети» и пойдет в свою палатку. Иногда посмотришь ему вслед и подумаешь: «что у него на душе! Всегда один, сидит или работает, говорит мало». И когда подумаешь это — больно, больно сожмется сердце! Жаль мне его, что он всегда одинок со своей душою, со своими мыслями, хотелось подойти к нему, приласкать его, а вот не выходит — и стыдно иногда при всех, или какое-либо движение его, или тон голоса, или самое глупое неважное случится и мешает. Не спит он по ночам — кости все у него ноют. Что он не передумает за эти часы! Господи, как он одинок, как ужасно это чувство» (АТБ).
2 Пропуски в копии письма, имеющейся в распоряжении редакции.
3 «Крошка Доррит» — роман Ч. Диккенса, в то время переводился для «Посредника» Н. Л. Озмидовым. Однако в переводе Н. Л. Озмидова роман этот не появился. Вьшел в переводе В. С. Толстой. В письме к В. Г. Черткову Толстой писал по этому поводу: «Диккенс всё больше и больше занимает меня.... Озмидова буду просить «Крошку Доррит».... Надо только, как можно смелее обращаться с подлинником: ставить выше божью правду, чем авторитет писателя» (из письма к В. Г. Черткову от 22 февраля 1886 г. AЧ).
4 Пропуски в копии письма, имеющейся в распоряжении редакции.
Вы меня очень обрадовали, дорогая и милая Александра Андревна, вашимъ письмомъ. Мнѣ все хотѣлось писать вамъ и знать о васъ, и я на словахъ все передавалъ тѣмъ, кот[орые] могли васъ видѣть — именно Кузминскимъ. — Какъ хорошо и дòбро вы сдѣлали, что написали мнѣ. —
Вы спрашиваете обо мнѣ. Какъ ни странно это сказать, мнѣ очень, очень хорошо. О ногѣ тамъ говорятъ, что воспаленіе накостницы и рожа и т. п., но я знаю очень хорошо, что главное въ томъ, что я «помираю отъ ноги», какъ говорятъ мужики, т. е. нахожусь въ положеніи немного болѣе близкомъ къ смерти, чѣмъ обыкновенно, и именно отъ ноги, к[оторая] указываетъ на себя болью. И это положеніе, какъ и вы прекрасно говорите, — чувствовать себя въ рукѣ Божіей очень хорошее, и мнѣ и всегда желается въ немъ быть, и теперь не желается изъ него выходить. —
Въ самомъ дѣлѣ, очень большія и продолжительныя тѣлесныя1 страданія и послѣ нихъ тѣлесная смерть, это такое необходимое и вѣчное, и общее всѣмъ условіе жизни, что человѣку, вышедшему изъ дѣтства, странно забывать про это хоть на минуту. Тѣмъ болѣе, что память объ этомъ, всегдашнее ожиданіе этаго нетолько не отравляетъ жизни (если она есть), но только придаетъ ей твердость и ясность. — Если я смотрю на свою жизнь, какъ на свою собственность, данную мнѣ для моего счастья, то никакія ухищренія и обманы не сдѣлаютъ того, чтобы я могъ покойно2 жить въ виду смерти. Только тогда можно быть совершенно равнодушнымъ къ тѣлесной смерти, когда жизнь представляется только обязанностью — исполненія воли Отца. Тогда интересъ жизни не въ томъ, хорошо ли или дурно мнѣ, а въ томъ, хорошо ли я исполняю то, чтò мнѣ велѣно; а исполнять я могу до послѣдняго издыханія и до послѣдня[го] издыханія быть спокоенъ и радостенъ. Не говорю, что я такой, — желаю быть такимъ и вамъ желаю этаго. И надѣюсь, что вы не будете несогласны съ такой постановкой вопроса. А что бы вы не думали, что подъ исполнен[і]емъ воли я разумѣю что нибудь особенное, я скажу, что воля Отца одна и всѣмъ извѣстна — любовь ко всѣмъ людямъ и единеніе съ ними, начиная отъ самыхъ близкихъ до самыхъ далекихъ. Не правда ли, вы согласны. Отъ всей души цѣлую васъ и благодарю за доброе письмо.
Печатается по автографу, хранящемуся в ИЛ. Впервые опубликовано В. И. Срезневским в ПТ, № 153. Датируется на основании упоминания Толстым о своей болезни (см. прим. 3 к письму № 538) и слов: «помираю от ноги». Очевидно это письмо было написано в один день с письмом к Н. Л. и О. Н. Озмидовым от 2 сентября 1886 г. (см.письмо № 542).
Письмо гр. А. А. Толстой, на которое отвечает Толстой, неизвестно.
1
2
Очень порадовали вы меня вашимъ письмомъ, дорогой другъ. Главное: ваша работа. Какъ вы это сдѣлаете — черезъ васъ сдѣлается — я не знаю, знаю только, что если выйдетъ, то будетъ настоящ[ее]. Хотѣлось бы сказать: будьте какъ можно строже къ себѣ; но знаю, что и это излишне. Я не понялъ, какъ это будетъ, изъ описанія. —
