Ударили в большой гонг, подавая сигнал к общей тревоге, и спустя неполный час мы покинули нашу маленькую крепость, спеша на соединение с другими частями северной армии.
— Скоро будет селение! — крикнул один из молодых воинов.
Все оживились.
— Да откуда ты знаешь? Или кашу учуял?
Все засмеялись.
— Да нет! — начал воин, тропа хоженая, да и корье кто-то снял. Говорю же, скоро будет селение.
— Да ладно, — загудели вокруг несколько всадников, — Скажи проще, у тебя там невеста осталась, вот тебе и не терпится ее поскорее увидеть.
Воин оказался прав, вскоре стали попадаться засеки и другие следы человека, вот только самих людей не было видно.
— Странно, попрятались они что ли? — Хмыкнул Собутэ. — Что-то никого не видно, хотя время такое, что одного-двух охотников мы должны были увидеть.
Но когда перевалили за холм, нашим глазам предстало страшное зрелище. Там где стояли дома, чернели пепелища. Села не было.
— Вот дела-то! Кто же так строит, одни фанзы да землянки, а палисада нет. Сначала стену построить надобно, а потом дом.
— Наверное, это ханьцы, что пришли с севера, спасаясь от монголов, это крестьяне, а не воины, и строить крепости, они не умеют. Их жизнь поле, а не битва. — Сказал подъехавший к нам Есигуй. — Пошлем разведать, что там такое.
Разведчики вернулись спустя час.
— Мы нашли несколько сломанных стрел. Кого перебили, а остальных увели с собой. — Сказал старший. — Скорее всего, это банда северных племен Шивэй или Хусу. Нападавших было человек пятьдесят, пришли ночью, с западной стороны, когда все спали.
Вдруг на другом конце долины показался конный отряд, движущийся к нам навстречу. На чужаках было такое же вооружение, как и на наших воинах, но с большим количеством украшений, а на бунчуке было видно изображение дракона. Их командир подъехал к нам и, осадив коня, крикнул:
— Привет Агура! Это ты старый лис? — Обратился он к одному из наших сотников.
— И тебе того же Ангын. Что ты делаешь в этих местах?
— Как видишь, получил барабан и стал большим человеком. Теперь я сотник пограничной стражи. А вы куда направляетесь?
В подошедшем отряде была сотня человек, которой командовал еще совсем молодой воин, по имени Ангын-Юй, который был приятелем Агуры. Его отряд преследовал банду разбойников, которая уже две луны разоряла селения в этой провинции.
Ангын подтвердил, что это был шивэйский отряд, который двигался на восток, намереваясь оторваться от преследователей, в болотистой долине Лефу, а затем вернуться на север. Так как степняки увели пленных, то Ангын надеялся настигнуть их еще на равнине, пока они не ушли в северные земли Хейшуй.
— Вот тоже мне вояки, — прыснул дед Собутэ. — Вы, что не видели, что наш отряд вдвое больше, чем ваш, и к тому же двигается походным строем. Или вы совсем не можете отличить своих от степняков? — Продолжал возмущаться дед Собутэ.
— Ладно, дед не горячись, — примерительно ответил Ангын. — Вы же идете как на прогулке, вот и приняли вас за чужаков.
На следующий день мы нашли лагерь разбойников возле излучины Медвежьей реки. Их действительно было не более сотни, да еще около сотни пленных. Предвкушая легкую победу, мы бросились в схватку, но добыть победу оказалось нелегко. Внезапное нападение рассеяло врага, но вместо того, чтобы обратиться в бегство, они перегруппировались и нанесли ответный удар. Если бы не подавляющее превосходство наших трех сотен, то разбойники могли бы спокойно уйти в лес. Около десятка шивэйцев прорвалось к реке, но когда они уже выбрались на противоположный берег, из леса посыпался рой стрел. Ни один разбойник не смог уйти, все они лежали на болотистых берегах.
Шум битвы стих, на противоположном берегу реки появились люди. Они выходили из-за кустов и деревьев так, как будто появлялись прямо из-под земли. Их было около пятнадцати человек. Тяжелых воинских доспехов они не носили. Их одежда из тонкой кожи, была вся покрыта странным орнаментом. Вначале он показался мне необычно броским, но, несмотря на всю свою яркость на открытом пространстве, эта одежда была практически невидима среди кустов и деревьев. В руках они держали небольшие охотничьи луки.
Есигуй поднялся в стременах и крикнул.
— Кто вы такие? Не бойтесь! Мы не причиним вам зла!
Стоявшие на противоположном берегу люди переглянулись, опустили луки, но стрел не вынули, наконец, один из них, видимо старший, ответил.
— Мы охотники из племени Кагуров. Наш лагерь недалеко, а вам похоже нужна помощь.
Перейдя реку в узком месте, они подошли к нам, кроме луков, каждый охотник носил у пояса длинный нож, особой формы. Металл лезвия был темным. Судя по форме, это был скорее рабочий инструмент, чем оружие.
Таким ножом было удобно не только разделывать убитого на охоте зверя, но и при необходимости расчистить себе дорогу через переплетение лиан и кустов.
— Это желтоголовые, из племени Динь-Ли. — Сказал Есигуй, обратив внимание на то, с каким любопытством я рассматриваю этих необычных людей. — Обычно они кочуют в северных землях и не заходят дальше реки Хор, но видимо что-то заставило их уйти на юг. Живут в основном охотой и дарами тайги.
