- Да, он поможет, - с горечью ответил эльф. - Как уже помог мне, насколько возможно за то время, что ему дали; отчего теперь прислали тебя?
Сам эльф думал - может быть, потому что он мало нуждался в помощи? Всё больше в укрепляющих травах, что было по силам и адану… Но скорее - от того, что слышали его предупреждения товарищу и не желали продолжения. Что же можно сделать теперь?
- Меня не присылали, - устало повторил целитель. - Меня попросила прийти ко всем пленным Линаэвэн. Если хочешь, то я могу передать ей что-то в ответ.
Линаэвэн была на кухне, и Ардуиль желал дать ей совет, а человек мог бы действительно передать… Если это человек. Вроде бы похож на Смертного, но его слова были так продуманы, неопытный наверняка угодил бы в расставленную ловушку. Чтобы убедиться окончательно, Ардуиль взглянул на собеседника через Незримое.
Фигура в серебристой мантии, почти сплошь покрытой тёмными и бурыми пятнами. Жадно блестящие, полные неутолённой жажды глаза.
- Я передам через тебя нечто, только если ты поклянёшься передать мои слова дословно - ничего не изменяя, не убавляя и не добавляя от себя, - ответил Ардуиль, уверенный, что умайа не станет этого делать.
Эвег засмеялся, когда эльф встретился с ним взглядом в Незримом мире.
- Ты умен, нолдо, или - скорее опытен? Но как бы то ни было, ты знаешь, кто я. И я ни в чем тебе клясться не буду, но, если захочешь - готов тебе помочь. Я целитель, мне нравится чинить, а не разрушать, и потому я могу передать твои слова. Но рисковать или нет - смотри сам, - Эвег направился к двери, но нолдо, если бы захотел, мог успеть остановить его.
Это был целитель, хоть и Тёмный и отвратительный… И опыта такого у Ардуиля не было - в Анбанде никому не предлагали передать нечто другим пленникам.
- Что ж, я рискну. Пусть без клятв… - нолдо так желал помочь хоть советом, что не сдержался, хотя и знал, что его слова могут передать искажённо… - Передай Линаэвэн дословно две фразы: чужие действия - не твоя вина, независимо от поставленных условий; всякая служба в плену обернётся страданием для тебя и других.
Эвег повернулся в дверях и посмотрел на нолдо долгим взглядом. А потом ответил:
- Ты храбр и достаточно разумен. Потому я передам неискаженными твои слова. Но только одно из двух твоих посланий. Прости, моя шкура мне тоже дорога.
***
Линаэвэн ждала, что имен будет больше. Считая Марта старше, чем он был, тэлерэ задавалась вопросом - ходил ли Март в дозоры до войны или так же мирно жил, готовил для родичей, как сейчас готовит для Саурона? Не время было спрашивать. Дева произнесла:
- Да будет лёгким и их путь, - и стала называть ещё погибших.
***
Когда целитель зашёл к Арохиру и Химмэгилю, оба они в ответ на его слова промолчали. Эвег приблизился к Химмэгилю, и тот резко бросился на того, кого счёл человеком. Цепь была достаточно длинной, и нолдо сумел перебросить её через шею предателя, которого считал ещё худшим, чем орки.
Эвег испугался не на шутку, и уже через пару секунд в камеру ввалились орки, подгоняемые беззвучным приказом, полным ярости. Химмэгиля избили, забрали у него полузадушенного целителя (будь он и правда человеком, уже бы умер, но фана позволила, изобразив обморок, все же сохранить облик), и отступили в коридор.
К прошедшим четырем часам приложилась ещё половина, прежде чем Эвег вновь вошёл в камеру. К тому времени Арохира уже на коротких цепях притянули к стене, а Химмэгиля растянули на полу, закрепили кандалами для большей неподвижности и удерживали вчетвером.
С Химмэгилем Эвег возился даже больше часа. Умаиа был зол и напуган - лиши его эльф плоти, Эвег пополнил бы собой ряды жалких нагих духов Таурэ Хуинэва! Нолдо заплатит за свою выходку. Эвег лечил его мучительно и безжалостно, так больно, как лишь было возможно, чтобы лечить, а не калечить. Арохир все это время снова был беспомощным зрителем мучений своего товарища и даже не знал, чего хотел бы: чтобы Химмэгиля оставили раненым и избитым? Нет же. Ему необходимо было лечение… Но не такое же! А друг, хоть и был стойким, не мог сдержать стонов и вскриков, и чем дольше длилась эта изматывающая боль, тем тяжелее было воину держаться.
Наконец истерзанного Химмэгиля оставили в покое, и тогда пришла очередь второго. Арохир лечению не противился, а только собрался с силами, чтобы его выдержать - как новую пытку. Здесь, на Тол-ин-Гаурхот, он узнал, что и целитель, если он служит Морготу, может обратиться в палача. Но всё прошло куда легче: как видно, то была личная месть человека, хотя и было… мерзко и страшно, что такое возможно.
Эвег, в самом деле, не истязал второго - не за что было. В полчаса лечение было закончено.
В конце умаиа задал свой вопрос о гостях, прикрываясь именем Линаивэн, и Арохир заговорил:
- Никак не пойму, на что Саурону нужны эти гости; и если так нужны, почему он всё ещё желает нашего согласия? Хотя к нему могут и просто притащить орки, - что и проделали уже с Химмэгилем. Арохир ждал, что он будет следующим, но вместо этого отчего-то вновь “приглашали в гости”, теперь через этого вот Эвэга.
