— Она чувствует меня, Енн. Никто никогда так не угадывал мои чувства, поверь… С таким я столкнулся в первый раз.
— Никто, кроме Аннары…
— Я не хочу говорить об этом. И сейчас по-другому…
— Но если она такая сильная, и если она из храма духов Днагао, то тогда это опасно. Твоя девушка может быть очень опасной, Саен. Ты должен это понимать.
— Я тоже опасен, Енн.
— Ты — это другое, Саен.
— Потому что Знающие однажды позаботились обо мне. Я просто хочу сделать то же самое для Птицы.
— Почему Птица? Почему ты так ее называешь?
— Надо было как-то назвать. Да тогда, в пути и не до того было. Увести ее оказалось не просто, Енн. За нами послали отряд солдат, человек пятьдесят. Гонец тут же ушел… Сам знаешь, куда ушел. В этой девочке оказалось столько заинтересованных, что меня это удивило. Солдаты меня не пугали, но мне не хотелось, чтобы пострадал кто-то из детей. Потому пришлось поплутать. Но зато я сумел таки найти карту, хотя искал ее уже несколько лет. Птица приносит удачу, поверь мне, Енн.
— Удачу? Ты думаешь, что это удача? Хотя, не мне судить об этом. Все в руках Создателя, но для нас всех есть право выбора. И это тоже воля Создателя.
Они какое-то время молчали. После Енн, который судя по голосу, был молод, поинтересовался, что с рукой Саена и предложил свою помощь.
Птица прикрыла дверь. Ее вовсе не смущало то, что Саен знал о ее подслушивании. Но что-то странное зашевелилось в душе, какое-то смутное подозрение. Какая-то тревога. Почему из Линна вдогонку послали солдат? Что Птица сделала такого? Или она только должна была сделать?
Ответов не было.
Птица вернулась в кровать и вдруг обнаружила, что золотой браслет, что надел Саен на ее запястье, исчез. Просто пропал — и все. Птица кинулась на пол, принялась обшаривать каждый уголок, каждый щель в половицах. Напрасно! Золотая красивая вещичка как сквозь землю провалилась.
Вот, опять невезение. И в Линне все началось с того, что она, как последняя растереха, обронила охранный браслет. И тут снова напасти, точно такие же… что она теперь скажет хозяину?
Так и не найдя свою пропажу, Птица легла в кровать и свернулась калачиком, чувствуя на глазах горячие слезы. Почему она плачет? Потому что подарок Саена оказался неожиданно дорогим? Птица не плакала, когда покидала Линн, не плакала, когда оборонялась от химаем. И даже от щелчков мамы Мабусы не роняла слез.
А тут даже уши оказались мокрыми от бегущей из глаз воды. И все из-за небольшого украшения. Вот глупая!
Разговор в кухне затянулся, но Птица уже не прислушивалась. Она почти заснула, когда приоткрылась дверь в ее комнату, и Саен, зайдя осторожно и тихо, положил что-то на верх комода. Еле слышно прошуршали звенья цепочки.
— Ты обронила свой браслет вечером, — тихо проговорил он и ушел.
Птица подскочила. Села. И почувствовала, как прорвалась в груди какая-то лавина. Ей вдруг страстно и очень сильно захотелось, чтобы хозяин пришел и обнял ее, как тогда, в пещере, когда за ней явилась Набара. Чтобы прошептал добрые слова на ухо, и добрая сила его была совсем рядом.
Птица и сама не могла понять, что с ней твориться. Почему она все время думает о хозяине, почему переживает за его подарки. Ее мир перевернулся с ног на голову, и от этого было тревожно, страшно и радостно одновременно.
Надев браслет на руку, Птица отдернула плотную штору и глянула в окно. Косые линии дождя, расползаясь по стеклу, шептали новую песнь. Песнь Каньона Дождей.
Им не удастся преодолеть Безжизненные земли до того, как почти круглый Маниес зальет всю округу серебристым светом. Ночь застанет их в местах, о которых легенд ходит больше, чем лет жизни ему, верховному магу верховного клана, Насу-Аум-Трогу. Люди боятся Безжизненных земель, но Нас знал, что это его отец совершил то самое страшное и тяжелое проклятие, которое отправило в мир Невидимых здешних жителей и сделало эти места пустынными.
Проклятие смерти сейчас не имеет власти, оно прошло так же, как ушел в мир Невидимых и отец Наса, верховный маг Нисам-Аум-Трог. Бояться уже нечего, разве только тягостных воспоминаний, но к ним Нас давно привык. Они стали постоянными спутниками, и каждую ночь ему чудилась старинная песенка сестры, от которой вспоминались только первые слова.
Нас обернулся и сделал воинам знак рукой, что надо продолжать путь. Перед небольшим отрядом лежала граница Нижнего королевства — невидимая линия, проходящая вдоль реки Суи. На этом берегу еще владения Верхних магов, а на другом уже начинаются Безжизненные земли. Нас знал, что его воины сомневаться не станут, им не привыкать следовать за своим хозяином. Да и разве не его отец совершил это проклятие? Разве не глава Верховного клана сам Нас?
Пусть они все думают, что и он может совершать великое колдовство и призывать на помощь немало Невидимых. Пусть не сомневаются в его мощи.
— Заночуем здесь, на берегу, мой правитель? — Замгур, его неизменный помощник, приблизился и всмотрелся в сумеречный, тонущий в тумане противоположный берег.
