Публичное одиночество полностью

Думаю, картина такого масштаба, с многотысячной массовкой, техникой, таким количеством спецэффектов, съемочных дней и пленки в Штатах стоила бы миллионов сто шестьдесят, а в Европе – миллионов сто двадцать. Можно было снять и дешевле – за счет актеров, за счет их удобств. Вагончики предоставлялись один на двоих-троих, а не каждому, еду горячую – только «генералитету», а не всей группе. Но я категорически против такой экономии. Чем больше ты даешь, тем больше права имеешь спросить.

Часто приходилось спрашивать?

Ситуаций, когда невозможно было обойтись без серьезных выводов или непечатных слов, было немало. Тут ведь не приходится никого жалеть. Бывал и сам не прав. Если человек считает себя оскорбленным несправедливо и может это доказать, ты извиняешься: «Прости, видишь, ситуация какая». А если он встает в третью позицию, мол, ах так? Я ухожу! Ну и уходи! У нас ведь не богадельня, мы сами были как на фронте. А на войне как на войне.

Как-то до конца и не верится, что эта многолетняя эпопея закончилась. Ведь как говорят: «Лезешь наверх – не оборачивайся!» Иначе до конца не дойти. Поэтому и осознаешь весь масштаб содеянного только на финише. После последнего дубля с Надей и собственной фразы: «Спасибо Надежде Михалковой. Съемки «Утомленных солнцем – 2» закончились» вдруг почувствовал такую пустоту…(II, 61)

(2010)

Интервьюер:Можно раскрыть какие-то подробности завтрашней премьеры в Кремле?

Пять с лишним тысяч зрителей. В фойе установлены экраны, на которых будет демонстрироваться полуторачасовая нарезка о фильме – making of, как это делалось. Премьера назначена на семнадцать ноль-ноль, но люди начнут собираться с трех – с половины четвертого, так что у них будет возможность это увидеть. К пяти часам по московскому времени «Утомленных солнцем – 2» уже посмотрят Дальний Восток, Хабаровск, Красноярск, Новосибирск… И по мере приближения часа московской премьеры на экранах появятся прямые включения из тех городов, где зрители уже выходят из кинотеатров. Наверху, в фойе бельэтажа, будет стилизована выгородка а-ля довоенный парк культуры, со скамейками, с «Рио-Ритой»…

Что касается страны, речь идет о премьерных показах?

Конечно. Прокат везде начнется с 22 апреля.

Какой экран в Кремлевском дворце?

Тридцатиметровый, привезенный из Италии.

Специально для «Утомленных»?

Специально для Кремля, но наш фильм будет первым, показанным на новой аппаратуре. Я прошел по всем углам зала – видно и слышно вроде бы везде хорошо.

Почему все-таки ГКД? Точнее, почему 17 апреля и ГКД, а не 9 Мая и Красная площадь?

Так решил Оргкомитет по празднованию 65-летия Победы. И я думаю, правильно. Все-таки устраивать премьеру «Предстояния» в День Победы… Эта часть фильма не заканчивается победой. Картина о том, через что пришлось пройти людям в первые месяцы войны. Победа будет впереди. В общем, решили показывать в рамках празднования, но в самом начале.

Съемочная группа прибудет на премьеру в полном составе?

Надеюсь. Хочется донести до зрителя наглядно, сколько людей должны отдавать время и силы, любовь и энергию, чтобы поднять такое кино. У нас только барабан финальных титров идет более шести минут.

Какие высокие гости ожидаются?

Истеблишмент, от дипломатического корпуса поступило много заявок, приедут наши коллеги, которые участвовали в работе над картиной, из Чехии, Франции…

А первые лица?

Премьер обещал быть, если успеет вернуться со Шпицбергена.

На какую кассу для «Утомленных» Вы рассчитываете?

Я ни на какую кассу не рассчитываю. Не в том смысле, что меня это не интересует. Просто есть проекты, которые сегодня не могут гарантировать возврата денег, однако должны делаться.

«Утомленные» относятся именно к этой категории? Да. Такие картины должны выходить, иначе мы потеряем «Большой стиль» в кинематографе. В России сейчас две тысячи кинотеатров. Когда их будет пять тысяч и билет будет стоить не больше двухсот рублей, такие проекты, как наш, смогут окупаться…

Не боитесь, что «сарафанное» радио будет передавать: фильм очень тяжелый, не ходи – наплачешься…

Но я же не могу сделать начало войны другим?..