Дальнейшие военные действия на протяжении нескольких лет не принесли успехов ни римлянам, ни карфагенянам. Так, в 245 году трагически для тех и других закончилось морское сражение близ острова Эгимуры в Карфагенском заливе. Пунийцы, плывшие в сторону Италии, были разбиты, а разыгравшаяся буря потопила римлян (Флор, I, 18, 2, 30–32; Фронт., III, 10). Известны и другие сражения, не принесшие победы ни той, ни другой стороне. Римляне так и не взяли Лилибей. Карфагеняне во главе с Гамилькаром, сумев ввезти в город продовольствие, долго оказывали сопротивление безуспешно атакующему противнику. Римляне снова убедились, что им нужен флот. В третий раз Рим решил испытать судьбу в морской войне (Полиб., I, 59, 4–5)[44]. Но строительство флота требовало колоссальных средств, а государственная казна была истощена (Полиб., I, 59, 6). Сенат постановил произвести государственный заем (трибут) у состоятельных людей. Наиболее богатые граждане были обложены налогом. После окончания войны государство обещало возвратить деньги с процентами. Многие римляне объединились и поставляли оснащение кораблям (Полиб., I, 59, 7). Каждый, исходя из своих возможностей, жертвовал в фонд государства на нужды войны. В пожертвованиях не только проявились патриотические чувства, но и была отчетливо видна надежда получить богатую добычу от выигрыша в войне.
Т. Моммзен восхищался высокими моральными качествами римских рабовладельцев, одолживших государству материальные средства для строительства флота{192}. С. И. Ковалев считает эти качества преимуществом римского нобилитета над карфагенской олигархией{193}. Но, видимо, правы не они, а И. И. Вейцковский, отмечающий, что так ставить вопрос нельзя — недопустимо говорить о моральных преимуществах тех или других хищников, ведь война с обеих сторон была захватнической{194}.
В 243 году римляне на средства богатейших граждан построили 200 пятипалубных судов. Флот под командованием консула Гая Лутация Катула в 242 году пересек сицилийские воды и прервал снабжение опорных пунктов карфагенян — Лилибея и Дрепана. Мощный флот давал возможность Риму окончательно завоевать Сицилию и перейти к военным действиям в других местах. Тем более, что к этому времени римляне одержали важную победу в сухопутном сражении под Эриксом, лишив карфагенян подвоза жизненных припасов со стороны моря (Полиб., I, 59, 1–9).
Римский флот появился в Сицилии совершенно неожиданно для карфагенян. Римляне быстро овладели дрепанской гаванью и всеми пристанями у Лилибея, но крепости не были взяты. Катул знал, что скоро придется вести морское сражение, и готовился к нему. Всех своих людей без исключения он обучал морскому делу и ведению морского боя. За сравнительно короткое время из гребцов были подготовлены первоклассные воины (Полиб., I, 59, 12; 61, 3).
Военный марш римлян в Сицилию удивил карфагенян — ведь они были убеждены, что флота у Рима нет. Наспех собрав и снарядив свою эскадру, Карфаген направил ее в Сицилию под командованием Ганнона (Полиб., I, 60, 2–4; Евтроп., II, 16). Карфагеняне считали себя непобедимыми на море и пренебрегали врагами. Римские же отборные воины, матросы и гребцы, хорошо обученные на легких, не уступающих по боевым и тактическим качествам карфагенским, судах, представляли теперь грозную силу. Противники встретились в марте 241 года у Эгатских островов. Пунические корабли, нагруженные припасами, представляли собой полную противоположность римским: были неповоротливы, неманевренны, на веслах сидели совсем необученные гребцы, а воины-новобранцы, как показало сражение, были совсем неиспытанными в войне. Короче говоря, карфагеняне с самого падала битвы оказались слабее римлян, и первый же натиск последних оказался успешным: 50 судов было потоплено, а 70 с 10-тысячным экипажем и снаряжением взято в плен. Остальные карфагенские суда, используя попутный ветер, ушли в укрытие к небольшому острову Гиери (Полиб., I, 60, 5—10; Флор, I, 18, 2, 33–37; Диод., XXIV, 11). Всего пунический флот потерял в этой битве около 120 судов[45]. Ганнон отплыл в Африку с уцелевшими судами, но поплатился жизнью за поражение: соотечественники распяли его на кресте. «
Самое крупное в этой войне морское сражение закончилось для Рима победоносно. Торжествуя, римляне под командованием консула Лутация направились к Лилибею. Лилибей и Дрепан, осажденные вначале с суши, теперь были блокированы и с моря. До их падения оставалось не много времени[46]. Поражение карфагенского флота при Эгатских островах предопределило исход войны и судьбу Карфагена.
