С тех пор они были вместе. Они лежали рядом, стреляя по штурмующим хутор ополченцам Краснознаменного, а когда заработали подтянутые нападавшими пушки, они вместе уходили через степь, уводя за собой остатки банды. Они вместе словом и выстрелами не давали озверевшим от холода и упущенной добычи браткам взбунтоваться, вместе набирали новых людей и вместе шли под пули, ради того, чтоб вырвать у госпожи удачи новую порцию хрустящих рублей. Они всегда были вместе, деля и летящие пули, и бутылки вина на удалой попойке и бесконечную темноту южных ночей.
Удача, ум главарей и их жестокость позволили банде громко заявить о себе и в нее начали стекаться фартовые люди со всех Южных Пустошей. Потрепанная банда восстановила былой размер, а по весне они уже чувствовали себя достаточно сильными, чтобы начать задумываться о большем, чем просто грабежи.
Свои завоевания Граф начал с пяти точек на карте: деревень Свеклино, Красный Партизан, Старые Комары, Утиное и совхоза Луч.
Жили эти деревни вольно, не платя никому ни дани, ни налога, и отстаивали это право без раздумий, благодаря хранящемуся в каждом доме карабину, имевшимся в закромах противотанковым ружьям и одному увешанному броней трактору «Беларусь», несущему в своей кабине крупнокалиберный пулемет, снятый с бронетранспортера.
Из-за этого ни одна банда на Пустошах не желала появляться в этих деревнях. Ни одна кроме банды Графа, который расстелив перед собой карту местности, подолгу рассматривал тонкую нить заброшенной ветки железной дороги связывающей эти затерявшиеся в Пустоши поселения.
Паровоз Семы Воронка, что привычно шел из Усть-Ажурска на Бухару, их банда подкараулила в одной из заброшенных деревень. Подождав, пока пассажиры и железнодорожники начнут заготавливать дрова для топки, бандиты быстро окружили поезд, и подобравшись к пулеметным платформам по-тихому зарезали часовых. Зенитную установку успевшую открыть по ним огонь подавили, закинув на платформу пару гранат. Когда бой был закончен, сдавшихся отпустили на все четыре стороны, а поезд угнали прочь, по паутине идущих через Пустоши брошенных железнодорожных путей.
Граф подошел к делу серьезно, закупил хорошего железа, нанял работяг и обшил паровоз и два вагона стальными листами. В этих вагонах и разместилась трофейная зенитная установка, несколько пулеметов и самая главная часть их плана: четыре восьмидесяти двух миллиметровых миномета. Одновременно люди Графа занялись ремонтом железнодорожных путей и уже через две недели о борт бронепоезда «Уркаган» была разбита бутылка вина, а также голова одного из бандитов, попытавшегося отговорить братву от опасной затеи.
Утром следующего дня к деревне Старые Комары неторопливо подъехала дымящая и коптящая бандитская крепость на колесах, после чего у железнодорожной насыпи началось сражение, закончившееся сразу после того, как местные поняли, что их крупнокалиберный КПВТ не может повредить подкатившему к деревне бронепоезду. Выпустив для порядка по деревенским пару мин и снеся чей-то курятник, Граф и Графиня вызвали селян на сход, где в замен на целостность деревни обложили селян налогом.
Такая же ситуация была и во всех остальных деревнях. Конечно, затем пошли сложности: первые недели поезд братков курсировал между деревнями с многочисленными остановками, починками разобранного пути, с боями и перестрелками. Однако Граф и его люди умели не только запугивать, но и убеждать, а потому вскоре деревенские приняли свое новое начальство.
Энергичными действиями Граф начал налаживать в деревнях самогоноварение, устроил торговлю с Краснознаменным, открыл в Уткино консервный заводик, делавший сомнительную еду из костной муки, шкур и перьев, а также разливавший разбавленную водой напополам сгущенку. Чуть позже консервные банки с завода стали уходить и в открытый в Старых Комарах оружейный цех. Там они, наполняясь гвоздями и кустарной взрывчаткой, превращались в прекрасно расходящиеся по Пустошам гранаты.
К Графу и его возлюбленной потекли деньги, а бандитский край начал расти, и вскоре к деревням присоединился десяток хуторов и маленькое село. Однако, как бы не шли дела, крупные грабежи по-прежнему были основной частью дохода банды, а потому, узнав, что в Краснознаменный пойдет крупный автокараван с севера, Граф тут же кликнул своих ребят, велев чистить волыны и готовиться идти на дело.
II
– Атас, пацаны! – с покосившегося столба споро спрыгнул браток с биноклем, его глаза блестели жадно и очень деловито. – Едут! Семь фур при трех броньках!