Таквал несколько развил эту идею, постановив, что взрослых гаринафинов запрещено разлучать с молодыми, а при обучении следует отдавать предпочтение поощрению, а не наказанию. Многие советы давали ему Тооф и Радия; именно доброта пэкьу по отношению к гаринафинам сыграла решающую роль в согласии этой парочки связать свою судьбу с агонами.
– Волнение – это нормально, – постарался успокоить жену Таквал. – Но иногда нужно по достоинству оценить свои заслуги. Взгляни вокруг: воины вооружены и накормлены; у нас на столе как растительная, так и мясная пища; у детей, которые могли погибнуть в летнюю засуху или зимнюю стужу, пухлые щечки и сильные ручки. Наши народы пляшут и смеются у одного костра.
– Думаешь, этого достаточно? Многие агоны по-прежнему отказываются учиться читать, писать и заниматься земледелием. Многие дара не смогут даже влезть на гаринафина, чтобы отправиться с тобой на войну. Боюсь, что даже наши дети…
– Душа моя, всегда найдется тысяча недостатков, которые хочется исправить. Но без тебя мы не ушли бы от погони за Стеной Бурь. Без тебя мы с дядей не объединились бы ради общей цели, а один из нас – либо он, либо я – был бы сейчас мертв. Без тебя не было бы этого лагеря в долине Кири, дома наших детей, где агоны и дара учатся быть едины. Не преуменьшай свою добродетель и силу, милая: все это твоя заслуга. Благодаря тебе наш союз жив.
Тэра молча заплакала. Интересно, видел ли этот праздник дух ее погибшего отца с другого берега Реки-по-которой-ничего-не-плавает? Могли ли представить ее мать и братья, несущие груз забот о народе Дара, что их избавление уже совсем близко? Она взглянула на луну и подумала: а вдруг Дзоми в этот миг тоже смотрит на небесное светило и вспоминает ее?
Тэра крепко обняла мужа, а он приподнял ее голову, чтобы поцеловать. Позади разносились радостные голоса агонов и дара.
Следом за танами агонов поприветствовать Таквала и его жену подошла соотечественница Тэры.
– Сами, знай меру, – промолвила Тэра, глядя на то, как Таквал и молодая ученая, получившая образование в рамках программы «Золотой карп», наперегонки пили из чаш кьоффир. Сами Фитадапу была в числе тех немногих дара, кому гаринафинье молоко не вредило.
Она первой перевернула чашу-череп, показывая, что та пуста, и Таквал поперхнулся, удивленный тем, что потерпел поражение.
– Показушница, – с улыбкой произнесла Тэра. – У тебя было преимущество, он ведь уже со всеми танами успел выпить.
– Пэкьу, – Сами подмигнула Таквалу, – в таком случае я должна благодарить вас за то, что вы позволили мне победить.
– Я и в мыслях не держал поддаваться. – Таквал помотал головой. – У тебя душа агона.
– Мне говорят, что я и на гаринафине как влитая сижу, – довольно ответила Сами. – Наверное, я просто нравлюсь крупным животным, что китам, что гаринафинам.
– Кстати, о традициях агонов, – сказала Тэра. – Как продвигается изучение арукуро токуа?
– Так себе, – ответила Сами. – Пэкьу был прав, когда говорил, что по этой методике изготавливают только игрушки.
С тех пор как сыновья показали ей удивительные игрушки, Тэра не переставала думать о костяных чудищах. Она донимала расспросами Таквала и старейшин агонов, но те не смогли удовлетворить ее любопытство. Поэтому она попросила Сами выяснить все, что возможно, об этом чуде инженерии.
– То есть никто никогда не делал большие фигуры? – с удивлением спросила Тэра.
Сами помотала головой:
– Арукуро токуа широко распространены среди степных племен, как льуку, так и агонов. Мне показали множество удивительных игрушечных зверей, способных передвигаться благодаря ветру или смещению собственного центра тяжести. Некоторые настолько хитро устроены, что могут потягаться с часовыми механизмами дара. По схожему принципу созданы некоторые предметы, используемые в религиозных таинствах, но их мне не показали.
Тэра и ее советники-дара не возражали против поклонения богам агонов, но шаманы все равно не позволяли им присутствовать при таинственных ритуалах, объясняя это тем, что только дети Афир способны говорить с богами и духами своих предков. Из-за этого в поселении сохранялось некоторое напряжение, но Тэра не давила на шаманов, подозревая, что те видят в советниках дара, обладающих неведомыми знаниями, угрозу своему авторитету.
– Так или иначе, вряд ли эти ритуальные предметы нам чем-то помогут, – заключила принцесса. – Мне нужно нечто большее.
– Ничего такого я не видела, – отозвалась Сами. – Никто не помнит, чтобы на манер арукуро токуа делали большие механизмы.
– Не понимаю, – изумилась Тэра, – почему такую сложную технологию применяют исключительно для создания игрушек?
– Да зачем нам большие арукуро токуа? – спросил Таквал, которому изрядно надоела эта дискуссия.
– Вы могли бы строить… механических вьючных животных! – предположила Тэра. – Главное – соблюсти масштаб.
– Эти костяные животные будут более медленными, чем живые быки или гаринафины, и смогут поднять меньше груза, – возразил муж. – Да и двигаться они смогут только от ветра, а не по желанию погонщика.
