Но старик не успокоился, а лишь еще сильнее перепугался. Он безмолвно рухнул на колени и принялся отбивать земные поклоны перед Гозтан. Та тяжело вздохнула. Должно быть, бедняга решил, что она пытается его спровоцировать. «Очистительные отряды» Кутанрово, состоящие из наро, кулеков и рьяных местных солдат, желающих доказать свою верность льуку, были известны тем, что обращались к задержанным на ныне запрещенном языке дара и убивали несчастных на месте, если те отвечали им на нем же.
Гозтан тоже опустилась на колени.
– Тан Кутанрово – безмозглая дура, – прошептала она все так же на дара. – Можете не отвечать. Просто нарисуйте карту, чтобы я поняла, где искать Воку.
Упомянув про карту, Гозтан невольно подумала о сыне. Она надеялась, что Саво неплохо живется с пиратами. Когда ее мальчику вынесли смертный приговор, бедная мать в отчаянии молилась богам Укьу-Тааса, и идея спасти его и отослать явилась к ней внезапно. Гозтан и сама толком не понимала, зачем отдала ему черепаховый панцирь – разве что подсознательно чувствовала, что автор резьбы защитит мальчика в своих родных краях.
Женщина прогнала эти мысли. Саво был сам по себе, а ей следовало сосредоточиться на насущных делах.
Старик еще несколько раз отбил поклоны, а затем пальцем начертил на песке карту. Гозтан едва успела рассмотреть нарисованное, прежде чем ее отвлекли громкие детские голоса.
Быстрым движением Гозтан стерла карту и обернулась. По улице шла группа ребятишек лет восьми-девяти. У всех были чересчур большие костяные палицы и топоры, и дети поменьше едва поспевали за старшими и более сильными. Впереди вышагивали два наро, ведя на цепи с трудом плетущихся арестантов. Большинство пленников на вид были крестьянами, лишь двое напоминали ученых – вероятно, бывших придворных.
Ребятишки скандировали на ходу:
Пленники вяло шаркали стертыми в кровь босыми ногами; в их остекленевших глазах невозможно было прочесть даже отчаяния. Зато дети выговаривали каждый слог с рвением и пылом, и глаза их сверкали безумным огнем.
Гозтан оторопела, увидев среди них Тодьу Роатана, старшего сына Танванаки.
– Куда вы их ведете? – спросила она у наро.
Наро удивились, увидев ее, и остановились отдать честь.
– На охоту, вотан. Тан Кутанрово считает, что детям необходимы тренировки перед грядущей войной.
Присмотревшись, Гозтан узнала среди детей многих отпрысков высокопоставленных танов. Кое-кто был ей незнаком, но по внешнему сходству было нетрудно догадаться, что это, должно быть, прежде не признанные плоды связи танов льуку с местными рабынями или любовницами. Одной из целей Кутанрово было сделать из тогатенов настоящих льуку, и для этого полукровок забирали на воспитание в Крифи.
В степи ребятишек с самого раннего возраста обучали охотиться, и Гозтан предположила, что эта группа входит в «образовательную программу» Кутанрово.
– На зайцев или на гусей? – уточнила Гозтан. – Сейчас самый сезон, но на них нужно с пращой ходить.
– Нет, что вы, – рассмеялась одна из наро. – Добыча у нас с собой. – Она указала на скованных арестантов.
Кровь застыла в жилах у Гозтан.
– Что-что?
– Тан Кутанрово считает, что с детьми чересчур сюсюкают, – ответил другой наро. – Без полноценного опыта из них вырастут танто-льу-наро. Как выйдем из города, выпустим этих дара-рааки, и пусть ребятишки на них охотятся.
– Вы заставляете детей убивать безоружных пленников? – Гозтан не верила своим ушам.
– Может быть, потом пленникам начнут выдавать оружие, – ответила наро. – Но на первой охоте детьми рисковать нельзя. У этих пленников перебиты ноги, так что они не убегут. Тому, кто первым проломит добыче череп, тан Кутанрово пообещала несколько порций бараньей губки.
Гозтан вскипела от гнева и отвращения. Задумка Кутанрово извращала традиции льуку. В степи юные льуку обучались военному искусству, защищая племя от настоящих врагов, а не убивая замученных голодом пленников.
Она схватила цепь, сковывавшую арестантов:
– Так не годится. Я забираю этих пленников.
Наро переглянулись, а затем обратились к Гозтан:
– Вотан, мы будем вынуждены сообщить об этом тану Кутанрово.
– Как изволите, – ответила Гозтан и повернулась к детям. – Если хотите научиться драться, приходите ко мне в любое время. Я вам покажу. А убийство беззащитных ничему вас не научит. Не таков путь льуку.
Карта старого слуги привела ее в прежний особняк Воку Фирны, откуда тому пришлось выселиться по приказу Кутанрово.
Таща за собой арестантов – Гозтан понятия не имела, что теперь с ними делать, – она приблизилась к охранникам-наро. Эти наро много лет воевали под началом Воку Фирны и знали о дружбе между своим вотаном и Гозтан. Приветственно кивнув, они впустили ее в дом.
Женщина некоторое время подождала в прихожей, но Воку так и не вышел ей навстречу. Из дома доносился какой-то мерный стук. Гозтан с любопытством пошла на шум, не оставляя пленников, и очутилась у входа в подвал.
