– Но как вы оттуда выбрались? – поинтересовался Кинри. – Мне показалось, что в этом лабиринте почти невозможно ориентироваться без карты или проводника.
Рати засмеялась и похлопала по подлокотникам кресла.
– Не все секреты Цветочной банды подлежат огласке. А что до лабиринта… Ха! Детские игрушки.
Любопытство Кинри разгорелось еще сильнее, но он решил приберечь вопросы до другого раза. Однако ему мигом вспомнилась волшебная тележка Рати Йеры, способная преодолеть любой лабиринт.
Он сообщил обо всем, что им удалось узнать на кухне.
Види особенно обрадовался записанным стихам:
– Придется немного покорпеть, но мы непременно разгадаем эти загадки.
– А я уверена, что мы поймем, что за историю они сообщают, – добавила Одуванчик. – Зная эту историю, сможем в ответ придумать свою.
Банда вернулась в «Великолепную вазу», чтобы встретиться с Мати и обдумать стратегию грядущего состязания.
Вольу Арагоз, пэ-Афир-тектен, возвращался домой на спине огромной белой самки гаринафина.
Шкура ее была безупречно гладкой, как солончаки на берегах моря Слез. Размах крыльев втрое превосходил крупнейшего гаринафина, которого ныне было позволено держать агонам. Голос ее был чист, словно первая летняя гроза, и громок, как самые широкие трубы Пэа.
Казалось бы, Вольу должен был гордиться собой и радоваться. Предав племянника, он получил все, о чем мог мечтать, и теперь возвращался в Слиюса-Ки триумфатором.
Да вот только он не ехал на гаринафине верхом. Пэ-Афир-тектен, как уже было сказано выше, находился на спине крылатого зверя – и путешествовал в костяной клетке. Вокруг разместились четверо наро с копьями, готовые мгновенно пронзить его, едва лишь он выразит недовольство своим положением. Поэтому Вольу сидел тихо, с каменным лицом. Закрыв глаза, он думал о том, что дал маху, и пытался понять, что же сделал не так.
Он вспоминал, как все было. Направляясь с зимним караваном в долину Чаши Алуро, чтобы отдать пэкьу дань, Вольу весь кипел и постоянно что-то бормотал про себя.
Если бы только Таквал и Тэра согласились разделить с ним славу, позволить пэ-Афир-тектену хотя бы раз выступить в роли героя! Но нет, они захотели присвоить всю славу себе, а ему поручили самое опасное: шпионить за пэкьу Кудьу. Предположим, он выполнит свою задачу. Что дальше? Его сделают пэкьу-вотаном – красивый, но бесполезный жест, ибо все агоны будут считать своими освободителями Таквала и Тэру, а над Вольу станут потешаться, как над жалким танто-льу-наро.
Потому что это не он приведет их народ к победе.
Нет, нет, нет! Вольу слишком умен для такого. Он должен найти способ, при котором, как и всегда, останется в выигрыше. Очевидным решением казалось сдать Таквала и Тэру льуку, как он уже сдавал прежде других бунтовщиков. Но сейчас все было не так просто. Пэ-Афир-тектен годами помогал Таквалу и Тэре прятаться, всячески поддерживал их, делился важными сведениями. Он даже рассказал им, что льуку соберутся у Чаши Алуро и в Татене, поскольку думал тогда, что восстание будет ему на руку, и продолжал информировать племянника и его жену о передвижениях льуку, чтобы оставаться у парочки на хорошем счету…
И как теперь объяснить Кудьу свою роль в заговоре, чем оправдать внезапную перемену позиции? Пэкьу не простит его! Много лет назад Тэра вовлекла Вольу в свои замыслы, почувствовав, что дядя мужа колеблется, и, чем больше времени проходило, тем сильнее восстание затягивало его.
Однако он не мог позволить Таквалу и Тэре добиться успеха. Раз нельзя победить по своим правилам, нужно сделать так, чтобы проиграли они. Вольу вспомнил последнюю встречу в долине Кири и явное неуважение, которые молодые проявили к нему. Тэра даже возмутилась, когда он похвалил ее. Какая дерзость!
Минуточку!
Вольу вспомнил еще кое-что. Когда он предложил атаковать льуку в долине Чаши Алуро, Тэра тут же принялась возражать. Тогда он поверил в ее объяснение и согласился, что нападение на Татен – лучший выбор. Но теперь ее горячность казалась подозрительной.
Он призадумался. Почему именно Татен? Почему?
Тайная встреча с пэкьу Кудьу прошла ровно так, как он и рассчитывал.
Вольу начал заготовленную речь: против великих льуку замышляется массовое восстание, возглавляемое племянником-предателем и его женой-варваршей дара.
Кудьу прищурил глаза, но промолчал.
