Основой блюда «Владыка морей» служил хвост омара, вырезанный в форме крубена. Вокруг были выложены разнообразные рыбы и моллюски, нарезанные и украшенные так, чтобы походить на одеяния гражданских и военных чиновников: длинные хвостовые плавники лунной форели олицетворяли рукава платья министра ритуалов; раковины звездносветных устриц вызывали ассоциации с церемониальными маршальскими доспехами; выдержанные морские огурцы с ферментированными «бородами» соответствовали мудрым придворным учителям, и так далее. «Чиновники» как бы подносили крубену множество экзотических деликатесов, среди которых чего только не было: грибы-гомункулы и каменные ушки; жемчуга из рыбьих глаз; столетние корневища лотоса, скукожившиеся так, что напоминали кораллы; букетики диких цветов, собранных на необитаемых скалах далеких островов; жареный рис, приправленный всеми шестьюдесятью специями, перечисленными в древнем трактате о медицине, известном как «Тайны Руфидзо», и много всего еще.
Каждое блюдо было кропотливо приготовлено из дорогих ингредиентов и идеально приправлено. Перед подачей Модзо Му пробовала все сама, не пропуская то, что не соответствовало ее стандартам. Несмотря на юный возраст, девочка руководила кухней с армейской выучкой. Каждый помощник четко знал, что делать, а вся утварь находилась на своих местах.
Мати же, напротив, вовсю импровизировала. Рати и Види до последнего растолковывали персоналу «Великолепной вазы», как пользоваться теми или иными приспособлениями; Одуванчик тянула время, потчуя аудиторию историями о неизвестных способах готовки; Мота и Арона развлекали зрителей и жюри театральными сценками, буквально на лету меняя костюмы и маски; Лодан и Кинри разносили еду судьям, стараясь непринужденно болтать, чтобы скрыть волнение. Бедная Мати отчаянно пыталась не растеряться во всем этом хаосе.
Помимо «Разбитого оракула», в меню «Великолепной вазы» вошли и другие кушанья, привязанные к истории и народу Хаана. Первым была «Великая экзаменация» – традиционная похлебка из говядины с овощами.
Мати с удовольствием приготовила это наваристое блюдо, простое, но богатое на вкусовые оттенки. Оно не входило в список коронных деликатесов старшего повара Нэфи Эдзуго, но пользовалось спросом среди посетителей «Вазы», особенно небогатых студентов. Считалось, что такая похлебка стимулирует работу мозга во время изнурительной подготовки к экзаменам. Мати знала, что многие из соискателей тоскуют по домашней еде, и часто просила подавальщиц узнать, откуда они родом, чтобы приправить суп знакомыми им специями. Единственной проблемой этого блюда был долгий срок приготовления, иначе мясо не успевало достаточно размякнуть, а специи – сообщить ему свой аромат. Мати была уверена, что в условиях соревнования не успеет его приготовить.
Однако Одуванчик заверила ее, что риска нет. Она передала Мати особый чугунный котелок, изобретенный Цветочной бандой. Вид у котелка был грозный. Тяжелый, неуклюжий, он постоянно требовал большого огня. Когда Мати положила в него все ингредиенты, Рати и Мота накрыли котелок толстой полусферической крышкой и накрепко прикрутили ее к ободу. Из крышки торчала узкая коническая труба, затыкаемая железными грузилами.
– Всем известно, какое давление испытывают студенты, готовясь к Великой экзаменации, – произнесла Одуванчик в рупор.
Судьи и большинство зрителей в ответ закивали и согласно забормотали. Чувство предэкзаменационного волнения было прекрасно знакомо студентам по всему Дара. От результатов Великой экзаменации в прямом смысле слова зависели их дальнейшая карьера и благосостояние их семей.
Но наверное, нигде это волнение не ощущалось так остро, как в Гинпене. Хаан всегда считался самым образованным регионом Дара, и ученые здесь боролись не только за себя, но и за репутацию своей родины. Каждый год из Хаана выходило больше фироа, чем откуда бы то ни было (даже Дзоми Кидосу, уроженка острова Дасу, сдавала экзамен от Хаана как ученица гинпенца Луана Цзиаджи), и это лишь усиливало давление на студентов. В Гинпене традиционно было больше кашима, чем в других областях Дара, но при этом и больше всего критиков экзаменационной системы, желающих снизить степень ответственности молодых студентов. Эти критики напирали на то, что в чрезмерном увлечении классикой ано нет никакой практической пользы и выпускники становятся, так сказать, умными дураками, никак не развивающими цивилизацию.
– Постоянное давление подталкивает многих ученых к бутылке или дурманящим травам, – продолжала Одуванчик. – Также оно заставляет родителей идти на многие жертвы ради образования детей, благодаря чему Хаан – самая образованная провинция Дара.
Зрители аж зарделись от гордости.
– А знаете ли вы, что под давлением происходит с водой? – спросила девушка.
– Под давлением воду можно нагреть выше температуры кипения, – ответил Сэка, изучавший эффекты парового давления в лаборатории, когда работал над улучшением тяги механических крубенов.
– Точно, – кивнула Одуванчик. – Температура внутри нашего герметичного котелка…
