Он был готов к тому, что другие гости станут жаловаться. Токо давиджи между тем передали подавальщикам и подавальщицам новые распоряжения хозяина.
– Господин Хуто просит… гм… – Один токо давиджи даже запнулся, стесняясь того, что должен сказать. – Давайте я лучше процитирую: «Посмеивайтесь, трогайте клиентов за руки, предложите помассировать плечи, наклоняйтесь над столами – короче говоря, всячески отвлекайте гостей от еды».
– То есть он хочет, чтобы мы флиртовали с посетителями, – заключил один подавальщик, симпатичный докер, и с отвращением поджал губы. – Я на такое не пойду. У меня жена и двое детей!
– Послушайте, я в целом не против развлечения голодных клиентов, – сказала подавальщица, бывшая крупье, – но если бы я хотела устроиться в дом индиго, то запросила бы куда больше денег. К слову, из домов индиго Тифан никого подработать не пригласил – видно, денег пожалел.
– Как вам не стыдно! – пожурила токо давиджи другая подавальщица, в обычной жизни работавшая портнихой в одном из магазинов клана Хуто. – Это же полная глупость! Люди пришли сюда вместе со своими семьями. Если я сделаю, как просит Тифан, то от еды гости, конечно, отвлекутся, но не так, как ему бы хотелось.
– Мы просто повторяем распоряжения хозяина, – оправдывался второй токо давиджи. – Лично мне это тоже не нравится. Но к нам предъявляют точно такие же требования.
– Пускай и думать забудет, – решительно заявила девушка-крупье. – Хочет флирта – пусть сам выйдет и разденется перед посетителями. У большинства из них это сразу весь аппетит отобьет, и с едой возиться не нужно будет.
– Господин Хуто грозится уволить всех, кто откажется отвлекать гостей, – предупредил токо давиджи.
– Ну и пусть увольняет. Я все равно не подавальщица.
– С вашей основной работы! А еще он говорит, что обратится к магистратам в ваших родных городах и пришьет вам обвинения в воровстве.
Такие угрозы мигом сбили с молодой женщины спесь.
– Ладно. Мы постараемся отвлечь клиентов, – сдалась она, бросив презрительный взгляд в направлении спрятавшегося Тифана Хуто. – Но по-своему.
Подавальщики и подавальщицы разошлись к оставшимся без еды столам. Одни предлагали гостям сыграть в «Воробьиную черепицу», другие делились новостями моды из Безупречного города. Третьи рассказывали об удивительных товарах, приходящих в порт Димуши.
– Я не умею ни во что играть и не знаю ничего интересного, – сокрушался один подавальщик, симпатичный юноша, который из-за своей скромности с трудом общался даже с коллегами.
– Спроси, чем занимаются твои клиенты и чем они гордятся, – посоветовала ему крупье. – Вырази сочувствие, если станут жаловаться на работу. Люди больше всего на свете любят поговорить о себе.
По «Сокровищнице» понеслись болтовня и смех. Тифан Хуто, выглядывая из коридора, довольно кивнул.
– Похоже, дружелюбному персоналу «Сокровищницы» удалось расположить к себе гостей, – объявила Лоло с высоты своей башни. – Как писал древний поэт: «Беседа – лучшая приправа».
– Так и знал, что это сработает, – бормотал себе под нос Тифан. – Порой сам себе удивляюсь. Как ловко я руковожу войском! Сколь решительно действую перед лицом опасности! Как пользуюсь знаниями стратегизирования и тактистетики! Я живой пример современного управленца-виртуоза…
В этот момент его прервали гонцы, которых он посылал для наблюдения за «Великолепной вазой». Когда Тифану на ухо нашептали о том, что происходит в стане соперника, он переменился в лице.
– Значит, у вдовы Васу были заготовлены свои фокусы, – прошептал Хуто, выйдя во двор. – Ничего, она у меня еще попляшет.
Сэка и Пимиэ отправились за новыми впечатлениями на кухню «Великолепной вазы».
Двум сторонним наблюдателям казалось, что Рати Йера просто заводит тележки при помощи какого-то тягового механизма. Сэку, безусловно, крайне интересовало устройство этих самоходных тележек, но в ответ на все его расспросы пожилая дама лишь улыбалась и указывала на животных-водителей.
– Извините, – сказала она наконец. – У меня тут целый мохнато-пернатый зоопарк. Вам лучше обратить внимание на поваров.
В самом деле, у поваров творились дела поинтереснее. В распоряжении Мати остались только уборщик посуды Мунапо и судомойка Рутэ, но кухня работала так, будто там трудилось двадцать человек.
Дело в том, что на кухне оборудовали двадцать идентичных рабочих станций: разделочная доска, жаровня, печь, миски для смешивания, доски для раскатывания теста. Вся посуда была прибита гвоздями или прикреплена зажимами. Под потолком крест-накрест провели балки с рычагами, лебедками, шестеренками и деревянными «руками», к которым крепились разнообразные приборы – ножи, венчики, крышки, лопатки и так далее. Лутума и его команда и тут постарались на славу.
