Гифи заметил, как переглядываются трое солдат. Но открытая улыбка Диви успокоила его. Он решил, что эти трое чинуш, скорее всего, выставили ложный пост, чтобы набрать взяток у проезжающих торговцев. Несмотря на то что императрица Джиа хорошо оплачивала работу имперского бюрократического аппарата, а система окружных интендантов не позволяла коррупции процветать, никто не мешал чиновникам пониже рангом, вроде секретаря Диви, а также горничной и телохранителя интенданта Сути, ради наживы злоупотреблять служебным положением.
Если доложить об этом магистрату Дзуде, они не отвертятся.
Но сейчас Тифан Хуто спешил и не хотел лишних проволочек. Гифи пошел к хозяину и объяснил ситуацию.
– Говоришь, они на окружного интенданта работают?
– Я хорошо знаю этого секретаря Диви, – кивнул Гифи.
– Заплати этим клоунам и езжай.
Управляющий вернулся и украдкой протянул Види кошелек. К его удивлению, тот отказался от взятки.
– Мы должны осмотреть карету. Не то чтобы мы не доверяли господину Хуто, но приказ есть приказ.
Гифи хотел поспорить, но Тифан сам вылез из кареты:
– Пожалуйста, пусть смотрят.
Види забрался внутрь и огляделся. Поморщился от сильной вони. Запах определенно шел от нескольких закрытых ведер, поставленных сзади.
– Что там у вас такое? – спросил он.
– Всякая… гадость, – ответил Тифан, заглянув в карету. – У меня дома ребенок болеет; хотел отвезти его блевотину и какашки подальше от города, чтобы воду не заразить.
– Поступок сознательного гражданина, – похвалил Види и полез к ведрам.
– Стойте! – окликнул Тифан Хуто. – Не открывайте!
Он полез в карету следом за Види.
Однако тот уже снял крышку с ближайшего ведра.
От удушающей вони беднягу едва не вырвало, но Види сразу узнал запах. Прежде он учуял его уже трижды: в погребе «Сокровищницы», в подворотне у «Великолепной вазы» на следующий день после того, как все заболели, и в храме Фитовэо, где монахи хранили нескольких пави своего бога-покровителя.
Это была волчья моча.
– Нашел! – крикнул он. – Теперь у нас есть улики!
Но и Тифан Хуто тоже не терял времени даром. Оттолкнув Види, он схватил ведро и черпак и выскочил из экипажа. Прежде чем кто-либо успел отреагировать, он несколько раз плеснул вонючей жидкостью на двух других солдат. А когда Види вылез наружу, Тифан и его тоже окатил зловонным дождем.
Арона завопила. Види закашлялся, Мота разразился ругательствами. Застигнутая врасплох троица насквозь промокла от нечистот. Чтобы не наглотаться отравы, они принялись вытирать рукавами рты и носы.
Грим стерся.
– Как я и думал, – ледяным тоном процедил Тифан Хуто. – Кто вы такие на самом деле? По крайней мере одного из вас я видел с вдовой Васу.
Диалог Гифи и Види пробудил в Тифане подозрения. Рассказ о том, что их якобы приставили к гарнизону для службы на блокпосту, звучал нелепо. Если бы магистрат Дзуда действительно расставил блокпосты, встревожившись пропажей нескольких ремесленников, Тифан уж точно услышал бы об этом. Да и переглядывались эти трое как-то странно. Поэтому он все время держался настороже.
– Да, мы работаем на вдову Васу. – Види понял, что притворяться больше нет смысла. – Теперь мы знаем все о ваших гнусных замыслах против «Великолепной вазы». Судьи вынудят вас сняться с соревнования, а магистрат Дзуда, безусловно, будет рад услышать о том, как вы подвергли опасности здоровье граждан.
– Понятия не имею, о чем вы говорите, – парировал Тифан.
– Вы воспользовались мочой хищников, чтобы напугать крыс возле «Великолепной вазы», – сказал Види. – На сегодняшнем ужине в «Вазе» животные работают по двум причинам. Во-первых, они милые и радуют гостей. А во-вторых, служат приманкой. Мы решили, что, узнав о нашем успехе, вы попытаетесь что-нибудь подстроить. Из всех ваших уловок напугать животных волчьей мочой – самая простая. Вот мы и застукали вас с поличным.
– Вы ничего не докажете, – возразил Тифан. – Ведро мочи? Может, я с ее помощью из «Сокровищницы» паразитов выгоняю.
– Это не единственные доказательства, – ответил Види. – Группа райе, чистящая ваши уборные, подтвердит перед магистратом Дзудой, что в тот день, когда бродячие псы беспокоили гостей «Великолепной вазы», им пришлось вывозить с вашей территории множество ведер собачьего помета. Вы отловили бродячих псов и держали их у себя.
Тифан вздрогнул, но промолчал.
– Врачи с Кокосовой улицы тоже подтвердят, что вечером того дня, когда зонтичное дерево у «Великолепной вазы» покрылось гусеницами, им пришлось лечить нескольких работников «Сокровищницы» от специфических ожогов – таких же, что получили рабочие, нанятые нами, дабы избавиться от гусениц.
Хуто продолжал стоять с невозмутимым видом.
– Все это убедит магистрата, что «Сокровищницу» нужно обыскать. Кто знает, что у вас найдут?
На лице Тифана отражался весь спектр эмоций: изумление, стыд, страх. Но в конце концов на нем заиграла ехидная ухмылка.
