– Обычные глупости, сестра. Угрожал, что в монастырь придут другие культисты. Пустые слова, я наслушался таких за последние годы.
– Ты не понимаешь, глупец, это правда! – воскликнула Шелли, но тут же замолчала, когда лезвие меча Алуина снова приблизилось к шее культиста.
– Так лучше. От жёлтой агонии звуки становятся громче, и мне неприятен твой голос, уж прости.
– Господин Алуин, – взмолился настоятель Лорен, – в стенах монастыря не может проливаться кровь!
– Кровь… – тихо вымолвил представитель Порядка. – Эти стены пропитаны кровью древних. Ты совсем не знаешь историю, старший брат. Война не оставляла эти земли с того дня, когда первые люди заселили её. Ты, загнанный, обратил ко мне знак войны – я принимаю вызов.
Алуин выхватил из ножен второй меч и стремительно бросился на Холлана, не оставляя тому времени занять более выгодное положение.
– Назад! – успел крикнуть наёмник.
Оставалось только надеяться, что Шелли послушается и не побежит к культисту.
Холлан успевал только отражать удары представителя Порядка. Алуин был словно язык пламени, дёргающийся на ветру, опасный, яркий, быстрый. Каждая попытка атаки Холлана лишь распаляла его, он напирал, и наёмнику пришлось отступить под шквалом ударов. Он слышал, что жёлтая агония способна наделить человека быстротой и яростью зверя, но ему никогда не приходилось видеть умелого воина, одурманенного серым порошком.
Холлан отступал шаг за шагом в узкое пространство между бочками. Тонкие мечи Алуина молниями сверкали в свете факелов. Наёмник с силой отбил очередной удар Алуина и, выиграв себе лишнюю секунду времени, с размаху полоснул мечом по опорам, на которых стояла бочка с вином. Хрустнула ножка, бочка накренилась, но удержалась. Холлан ударил по опоре ногой, едва успев отклониться от смертоносного лезвия, меч Алуина со свистом прорезал воздух. Бочка рухнула между наёмником и представителем Порядка. Наёмник запоздало ощутил жгучую боль в левом плече.
Алуин рассмеялся так искренне, как смеются дети, собравшись вокруг уличного кукольного театра и наблюдая за представлением. Вроде бы история знакомая, и нет в ней неожиданных ходов, но они испытывают неподдельную радость каждый раз, когда герой побеждает врага.
Под смех представителя Порядка Холлан бросился к полкам с бутылками, не глядя, выхватил одну.
– Стекло против стали? – воскликнул Алуин, который осторожно, как будто опасаясь испачкать костюм о пыльную древесину, обошёл по узкому пространству упавшую бочку.
Наёмник размахнулся и кинул бутылку, и она со звоном, разлетевшимся по подвалу, разбилась о каменную плиту у ног представителя Порядка.
Холлан не промахнулся. Он попал именно туда, куда метил.
Жёлтая агония озаряет мир своего поклонника всполохами алого, лазурного, изумрудного цветов, заставляет контуры предметов искриться золотом. Она обостряет слух и реакцию, доводит все чувства до предела. Но также она вытаскивает на поверхность и все страхи. Случалось, что пребывая под действием агонии, человек умирал, испугавшись собственной тени.
Сверкнули глубоким зелёным цветом осколки, взметнулись в воздух густые бордовые капли, растеклись точками на брюках Алуина, и тот издал крик негодования. Вслед за первой вторая бутылка ударилась о каменную колонну, и представитель Порядка отшатнулся от нового фонтана брызг, повернулся боком и локтём прикрыл лицо.
Холлан бросился на Алуина, ударил его в незащищённый бок ногой и, пока мужчина, пошатнувшийся от резкой боли, не успел прийти в себя, рубанул мечом по одному из его клинков у самой рукоятки. Алуин, спасая пальцы, отдёрнул руку и выронил меч.
Опомнившись, он схватил второй обеими руками, но его оружие было слишком лёгким против тяжёлого меча наёмника. Алуин утерял преимущество и отступал. Холлан вкладывал в удары всю свою силу и теснил представителя Порядка по проходу к упавшей бочке. Алуин понял, что оказался загнан в угол, и последним взмахом клинка попытался задеть бок Холлана. Тот уклонился, позволяя мужчине продолжить движение вперёд, схватил его за локоть, резко дёрнул на себя и ударил рукояткой меча в основание шеи сбоку. Вторым ударом Холлан примерился к уху, но Алуин отклонился, и удар Холлана скользнул у виска. Он не оглушил противника, но рассёк ему бровь.
Алуин охнул, звякнул меч, ударяясь о каменный пол, и представитель Порядка схватился рукой за одну из бочек, чтобы удержаться на ногах. Холлан ногой отпихнул клинок Алуина и приставил к шее мужчины меч. Тот тяжело дышал, потом закашлялся.
– Хороший бой, загнанный, – прохрипел Алуин.
Холлан чуть надавил клинком, и из пореза потекла струйка крови.
– Не употребляй это слово, представитель Порядка.
Алуин хрипло засмеялся.
Холлан быстро окинул подвал взглядом. Шелли с настоятелем уже опустили культиста на пол.
– Верёвку! – крикнул Холлан, и старший брат Лорен поспешил к нему с мотком верёвки, которой был связан культист.
