Господин Дрон прикрыл глаза и привычным усилием вызвал своим недавно обретенным внутренним взором карту северного побережья Африки. Выделил на ней треугольник Александрия — Кипр — Ашкелон и убрал все остальное. А затем, зависнув все тем же внутренним взором над Александрией, внезапно превратившейся из точки на карте в огромный город, с невероятной скоростью помчался вдоль воображаемой линии, соединяющей Александрию с Кипром.
Море, реальное живое море, поблескивая гребешками волн на солнце, проносилось где-то в километре под ним. И скорость, невероятная, недостижимая никакими известными господину Дрону транспортными средствами! "Во, мля, гиперзвук отдыхает!" — мелькнуло в голове. И точки кораблей, вмерзшие со своей черепашьей скоростью в неподвижную воду. Раз…. Два….. Вон еще третий….
— Да, мессир, — господин Дрон открыл глаза и взглянул в лицо де Корнеля, — сейчас по направлении к Кипру движется шесть больших транспортных судов. Все шесть — куркуры. Пишите письмо.
— Э-э, кому?
— Королю Ричарду, естественно! Вы же не думаете, что я буду поворачивать суда с королевским зерном без разрешения самого короля?
Абу ибн Хасан, почтенный владелец и капитан собственного судна скатал молитвенный коврик, блаженно разогнулся, встал и полной грудью вдохнул свежий морской воздух. "Хорошо!" Этим летом Аллах, да будет благословенно имя его, послал хороший фрахт — знай, ходи себе между Александрией и Кипром с грузом зерна, ни забот, ни хлопот! Всегда бы так…
Негромкий хлопок сзади заставил достопочтенного Абу обернуться вокруг своей оси с почти юношеской прытью. "Вай, Алла…", — слова застряли в мгновенно пересохшей глотке, а сердце упало куда-то в самый низ живота. В штанах предательски потеплело, и тонкая струйка скользнула вдоль всей ноги к правой ступне.
Но не спешите попрекать пожилого человека в недостатке мужества! Как бы вы сами повели себя, столкнувшись в собственной, закрытой на засов каюте с огромной — под самой потолок — ожившей металлической статуей? Которой еще секунду назад здесь вовсе даже и не было! Сумели бы удержать в чреве постыдную влагу, а? Вот то-то!
Статуя, между тем, наклонила голову к
— Знаешь ли ты, что зерно, перевозимое в трюмах твоего корабля, принадлежит королю Англии Ричарду Львиное Сердце?! — взревела вновь статуя.
При упоминании имени короля Англии несчастного судовладельца затрясло еще сильнее — хотя, казалось бы, куда уж больше! Однако он все же нашел в себе силы сделать несколько странных судорожных движений головой, которые при желании можно было бы истолковать как подтверждение, мол, да — знаю. Впрочем, в мозгу у него в это время метались мысли совсем другого свойства. "Ах, иудеи, мерзкие порождения ишака и гиены! Так обмануть! Да я бы на сотню фарсангов не подошел к этому фрахту, когда бы знал, что тут замешан Мелек Рик!!!"
— Тогда слушай повеление Ричарда, Божьей милостию короля Англии! — Статуя вынула откуда-то из своего железного нутра лист беленой багдадской бумаги, такую Абу ни с чем не спутает, и прогромыхала. — Сим повелеваю разгрузить принадлежащее мне зерно не в порту Лимассо, но в порту Аскалона для передачи его в руки маршала Ордена Храма Жоффруа де Корнеля!
Проревев сказанное, статуя оторвалась от листка и сунула его под нос почтенному судовладельцу, мол, сам убедись в написанном. В ответ тот, даже и не думая подниматься с колен, изобразил руками сложную композицию, долженствующую одновременно означать сразу два действия. Во-первых, "что вы — что вы, не нужно никаких бумаг, кто же нынче не верит на слово благородным джиннам!" И, во-вторых, "конечно-конечно, вот прямо сейчас же, сию секунду и скомандую поворачивать…"
Джинн, надо полагать, понял все правильно, ибо засунул бумагу обратно в свое железное нутро, довольно пробурчал: "Ну, то-то, смотри у меня!", — и с легким хлопком исчез. Как будто и не было его. Как будто все это привиделось несчастному Абу ибн Хасану!
Но нет, не привиделось. Мокрые штаны и все еще звенящий в ушах рев железной статуи — тому порука. О, Аллах, милостивый и милосердный, за что караешь верных рабов твоих. Мало того, что страшный Мелек Рик вновь возвращается в земли Полумесяца, так теперь у него на службе еще и железные джинны!!! Нет, верно говорил мулла Омар, умма погрязла в грехах, и наказание от Аллаха не заставит себя ждать…
