Подъем дался откровенно нелегко. Казалось бы, какие-то двести пятьдесят-триста метров вверх по склону, но потребовалось более получаса, чтобы их одолеть. Основной состав посольства за это время успел свернуться и уйти вперед. "Идиоты!" — прокомментировал про себя господин Дрон. Вместо того, чтобы подождать чуть-чуть и идти с прикрытым флангом, ломанулись вперед, как бараны. "Эх, может пронесет нелегкая!"
Нелегкая не пронесла.
Когда до участка, так сильно насторожившего господина Дрона в его воспоминаниях о будущем, оставалось чуть более полукилометра, впереди раздался грохот рушащихся камней и громкие крики погибающих под завалом людей. "Мля, как доктор прописал!" — пронеслось в голове у него. Арьегард похоронили под обвалом… Впереди путь, ясен пень, заранее завален… Теперь — знай, отстреливай попавшихся лохов!
Господин Дрон рванулся вперед, насколько это вообще было возможно в лесу. Все планы по разведке вражеских позиций и аккуратном отстреле засадников полетели к черту! Теперь нужно было, не теряя ни секунды, атаковать. Ведь каждый потерянный миг — это обильная жатва, которую соберут удобно устроившиеся на склонах вражеские стрелки!
Время, секунды проваливались между пальцами, оборачиваясь потерянными жизнями там, внизу!
А ведь предстояло мало того, что добраться до стрелков, так еще и спуститься с гребня до их высоты. По гребню хорошо было передвигаться вперед, но стрелки-то устроились ниже, на высоте не более пятидесяти метров.
Ага, вон они! На глаз — человек семьдесят, много… Да пох! Все, теперь вниз! Обернувшись, господин Дрон прорычал команду на начало стрельбы, и, выхватив из ножен оба коротких клинка, помчался вниз по склону.
"Руби ж их в песью мать!!!" — вырвалось у него из глотки, когда до расположившихся внизу фигурок оставалось не более тридцати метров, и они начали оборачиваться на шум скатывающегося вниз отряда. Ага, арбалетчики, ну, славно-славно… Первые из обернувшихся тут же получили по болту от гасконцев, устроившихся чуть выше по склону. Все, как и было сказано: самостоятельный выбор места для стрельбы, поиск и определение целей.
А пуатьевинцы во главе с господином Дроном начали резню!
Общая длина ловушки — от первого завала до второго — составляла не более трехсот метров. Вот по этому отрезку и носились теперь озверевшие латники, безжалостно истребляя практически безоружных стрелков врага. Арбалеты хороши для дистанционного боя, а тут… И, хотя кое-какие клинки у засадников все же имелись, не тягаться им было с пуатьевинцами, упакованными в добрый доспех и собаку съевшими в рубке!
У огромного, поросшего мхом, валуна образовался-таки узел организованного сопротивления. С полдюжины арбалетчиков, под защитой семерых вражеских латников, успешно отбивали атаки пуатьевинцев, нанося при этом вполне ощутимый урон атакующим. Сопротивлением руководил обильно заросший бородой, богатырского вида мечник в открытом норманнском шлеме с мощным наносником. Кольчуга двойного плетения прикрывала его от шеи — почти до колен. Овальный щит и длинный, тяжелый обоюдоострый клинок с небольшой гардой завершали вооружение главаря разбойников.
"Скандинав", — едва окинув взглядом вооружение противника, понял господин Дрон. Явно приперся откуда-нибудь из Сицилии бабки на континенте заколачивать. Мечники под руководством своего грозного командира вполне на равных рубились с атакующими, а арбалетчики из-за их спин выпускали болт за болтом, каждый из которых находил свою жертву.
"Этак они скоро всех моих перестреляют!" — пронеслось в голове у Капитана. "Гасконь, ко мне!!!" — проорал он на весь лес и, дождавшись первого подбежавшего арбалетчика, указал ему на новую цель. Сам же ринулся в рубку, надеясь, что металл его доспеха выдержит арбалетный болт, даже и выпущенный в упор.
Бородатый тут же отошел во вторую линию, выставив шестерку мечников в качестве заслона. Сам же выкрикивал какие-то команды, явно требуя держать строй и определяя цели для арбалетчиков. "Ничего, и до тебя доберемся!" — толчками билась мысль, едва прорываясь сквозь пелену боевого безумия. Отвод, удар, надо же, успел подставить щит, собака… Еще удар, обводка вокруг клинка, укол — острие палаша, легко пропоров кольчугу открывшегося на мгновение мечника, сантиметров на десять вошло ему в грудину. Рывок палаша на себя… в этот момент мощный удар чуть было не опрокинул господина Дрона на спину. Арбалетный болт, выпущенный в упор — все же страшная вещь! Даже если доспех и держит удар.
Взревев от ярости, почтенный депутат принял меч следующего противника на левый клинок, правым снеся ему руку по локоть. Толчок заваливающегося тела, и вот он уже внутри боевого порядка. Все, дальше пуатьевинцы, дышащие ему в спину, сами справятся. Так и есть: ворвавшись за ним в круг, латники тут же разобрались по двое на каждого обороняющегося мечника. Конец — здесь у бедолаг никаких шансов! Видя такое дело, арбалетчики побросали оружие и упали на землю, моля о пощаде.
Все, здесь порядок. А ему нужен командир. Ох, как нужен!
