– Ты что-то услышала? – подозрительно спросил он.
– Нет, – ответила я. – Но мы слишком давно тут стоим. Мне пора возвращаться домой, господин Линь.
Лицо сына министра оставалось непроницаемым, но взгляд чуть смягчился.
– Я услышал твои объяснения, – немного помолчав, произнес он. – Осталось одно. Ты ведь зашла в комнату с камелией. Почему сразу вышла?
Ого. И об этом тоже ему известно? Но это значит… Значит, Сяо Вей действительно был человеком, с которым мне нужно было встретиться?
– Я… – начала, но осеклась. Что мне сказать?
Если скажу, что знаю, что он отравитель, Линь Янь спросит: откуда мне это известно? А впрочем…
– Я слышала, как этот человек говорит о ядах. Пару месяцев назад. Он разговаривал с кем-то в чайной, я случайно оказалась рядом. С таким упоением и страстью о любимой девушке не всякий скажет, как он тогда рассуждал о различии смертельных отрав. И увидев этого человека снова в комнате в «Золотом пионе”, я попросту испугалась.
Ну вот. И не соврала же.
Линь Янь опустил взгляд. Он сделал глубокий вдох, затем выдох и вдруг протянул руку.
– Как твои раны? – спросил он тихо, – Ты не взяла с собой мазь…
Я замерла, глядя на его протянутую руку. Неужели это тот же человек, который только что обвинял меня в обмане и манипуляциях? Его пальцы зависли в воздухе, словно он ждал чего-то от меня.
– Они заживают, – коротко ответила, не в силах скрыть удивление. – Не стоит беспокоиться.
Линь Янь прищурился, убрал руку, обернулся к выходу из переулка и сказал, не глядя на меня:
– Иди за мной.
Хотела ли я идти следом?
Сложно сказать. Во мне до сих пор кипела злость, и ширилось негодование. Что этот человек может мне предложить? Очередное задание? Новый поцелуй, за которым последует оплеуха или желание прикончить? Немного жалости, после чего вернет домой, к отцу-тирану?
– Идем, – повторил Линь Янь мягче. – Клянусь, что не причиню тебе вреда. Но здесь продолжать разговор не стоит.
Глупое сердце забилось чаще. Я не хотела зависеть от этого человека, не хотела слепо бежать за ним как ручная собачонка. Но никто другой не предлагал мне помощи (не считая Мин Е, конечно, но там не совсем равнозначные ситуации). Никто другой не защищал меня, не вытаскивал из передряги. Пусть сам в нее и втянул, но ведь пришел и забрал. Мог бы не обрабатывать мои раны. Мог бы не целовать сейчас…
Как разобраться в том, что происходит?
Лучше бы очки симпатии были видны. Так я хоть примерно понимала отношение ко мне. Знала, чего ожидать.
Кажется, игра становится слишком похожа на жизнь. И мне это не нравится.
В общем, я двинулась за Линь Янем. По переплетению закоулков, по узеньким улочкам, между домов. Интересно, Мин Е следовал за нами или вернулся к хозяину?
Мы подошли к очередной чайной. Наверное, у Линь Яня везде были свои люди, потому что он кивнул стражнику у входа – совсем как в тот раз, когда давал мне задание, – и тот отвернулся, пропуская нас внутрь.
Очередная уединенная комната. Свет из окна и аромат трав, въевшийся в стены намертво.
Я застыла в дверях, сложив пальцы в замок и уткнувшись взглядом в пол.
Линь Янь прошелся взад-вперед, привычно выглянул в окно. Интересно, он всегда такой… кхм… параноик? Постоянно оглядывается, вечно размышляет на шаг вперед. Хотя бы ночью спокойно спит или любовно обнимает меч?
– Я должен осмотреть твои раны.
Произнес это механически, как робот. Ну, если бы в этом мире были роботы. Неживым тоном. Не смотря мне в глаза.
– Не стоит. Всё хорошо, – сказала я, не желая оголять перед ним еще и тело; хватит и того, что вывалила всю правду о моем незавидном положении.
– Ми Лань, я прошу тебя. Подойди сюда, – Линь Янь говорил сквозь зубы, словно вырывал эти слова из себя. – Я должен убедиться, что…
Он не закончил фразу. Но чувствовалась в словах новая боль.
Уф, ладно.
Я вышла на свет, ближе к окну, и поочередно приподняла рукава.
– Вот.
Он смотрел издалека. Кивнул каким-то своим мыслям.
– Значит, самого страшного той ночью не случилось? – спросил так, будто не сам укорял меня во лжи совсем недавно.
– Ну, если для вас самое страшное – потеря невинности, то нет, – криво усмехнулась я. – Но всё могло произойти. Тот мужчина не желал слышать моего отказа. Я показала ему ваш знак, но он назвал его подделкой. Это еще сильнее его раззадорило.
И хоть дешевую побрякушку вместо золотого или серебряного знака выбрала я сама, но пусть знает, какую злую шутку сыграла со мной его вещь.
– Не понимаю, о чем ты говоришь.
– Не понимаете? – Я вытянула на ладони кривой-косой знак, который хранила всё это время. – Разве не вы дали мне это? Забирайте, он мне больше не нужен. Как-нибудь обойдусь без вашего покровительства, – закончила совсем уж ядовитым тоном.
Линь Янь пригляделся.
– Не может быть… – сказал он, ударив себя по карманам. – Но это не мой знак. Это брошь служанки, которую я в тот день нашел на полу спальни. Как я мог перепутать и дать тебе её?!
Он выудил из кармана ту золотую вещицу, которую я видела первой, и которая стоила больше всего лепестков лотоса. Брови его сошлись на переносице, когда он рассматривал её на свету.
