Совсем недавно Линь Янь мечтал уничтожить Ми Лань. За вранье. За предательство. За её невинные глаза, такие же лживые, как и вся она целиком. Кто, если не злые духи, соткали эту девушку из похоти и порока?
Теперь же он вернулся в поместье и засел в кабинете, а перед глазами стояли длинные кровавые полосы на белоснежной коже.
Линь Янь знал, что такое – заслуженное наказание. Он чтил своего отца и не сомневался, что тот наказывает его из уважения и любви. Поэтому и не боялся плетей. Каждый удар делал его сильнее. Закалял его тело. Учил не повторять старых ошибок и впредь быть осмотрительнее.
Линь Янь принимал наказание, если оно несло в себе благую цель.
Но она пострадала ни за что. Отец избил Ми Лань за грехи, которых она не совершала.
Так быть не должно.
Как она назвала себя в их первую встречу? Слабой женщиной? Но это не так. Ми Лань сильна. В ней хватает храбрости говорить правду и не жаловаться на боль, не стенать о своем бедственном положении, а идти вперед.
Он не понимал, что испытывать к ней отныне. Недоверие и пропитанный ядом интерес смешались воедино. Он не мог верить ей, потому как Ми Лань преследовала цель, о которой говорила откровенно – любыми методами избежать замужества.
Неважно, кто подаст ей руку помощи – она примет её хоть от торговца, хоть от третьего принца. Красивым личиком и нежными речами. Робкими улыбками. Позволит коснуться себя. Зардеется и заполучит душу того глупца, который будет слаб духом.
Если же Линь Янь тоже всего лишь одна из ступенек на пути к её свободе, то эта девушка не должна владеть его чувствами. Потому что в ней нет ни капли искренности. Она как фарфоровая кукла. Красивая, но пустая.
Но он не мог и забыть её как нечто незначительное.
Ми Лань всё равно, кто будет владеть её телом и душой? Так почему бы не ему, Линь Яню, стать этим владельцем? На неделю или месяц, или год. Пока он сам не наиграется ею. Пока она будет приносить удовольствие – пусть принадлежит ему всецело.
Она вызывает в нем недопустимые чувства – но недопустимы они только если Ми Лань будет обещана кому-то другому. Если же он присвоит её себе, то и вожделеть можно. И касаться её губ, и вести ладонью по шелковистой кожей.
Что он может сделать для её спасения? Припугнуть её отца? Но только это не помешает помолвке. Не спасет Ми Лань, лишь отсрочит её кошмар. Не в отце её горе. Не отец – причина её страданий.
Нет. Она мечтает разорвать помолвку. Значит, ей нужен другой господин.
Линь Янь готов стать им.
В кабинет вошел верный слуга и склонился в поклоне.
– Вы звали меня, господин?
– Да. Разузнай всё про Су Мина. Раздобудь сведения о нем. Информация нужна мне в кратчайшие сроки, – приказал он.
– Разумеется, господин. Какие именно сведения вам требуются?
– Любые. Мне нужно знать всё о его прегрешениях и добродетелях. Кто этот человек, чем он славится, что о нем говорят и как он ведет дела.
«Не в отце причина её страданий, – повторил про себя Линь Янь. – А в будущем супруге. Значит, и избавлять её нужно от его власти».
***
Я вернулась домой совершенно разбитая. Переступила порог, вслушиваясь в тишину.
Остро пахло кошачьими фекалиями, Фейту мыла пол в спальне Ми Ван. Фу. Опять эта неуловимая кошка решила пометить его комнату (или обнаружился один из прошлых её «подарочков»). В любой другой день я бы мстительно улыбнулась, но сейчас лишь вздохнула. Как-то меня это всё изрядно утомило.
Отец сидел за столом и крутил в пальцах чашу. От него крепко разило алкоголем, рядом стояла ополовиненная бутыль с мутной жидкостью. Он пил и не скрывал своей слабости.
Странно. Я никогда не видела Ми Ваня нетрезвым. У него хватало грехов, но пьянство в их длинный список не входило. Завидев меня, он пристально глянул мне в лицо и сильнее сжал чашу. Я могла бы извиниться и выйти, но почему-то решила остаться.
– Должно быть, ты считаешь меня плохим человеком, Лань-эр? – спросил заплетающимся языком.
Это ж как он набрался за те несколько часов, что я отсутствовала?!
– Нет, конечно, отец, как ты мог так подумать? – солгала я.
– Не ври мне! – Стукнул кулаком по столу и вновь смягчился. – Разумеется, считаешь. Ведь я отдал тебя господину Су Мину против твоей воли. Конечно же, ты не желала себе такой судьбы и винишь меня в том, что я решил за нас обоих.
– Я не…
Он не позволил договорить:
– Но подумай сама. Какую бы ты хотела себе жизнь? Горбатиться на рисовых полях и всегда существовать впроголодь? Видеть, как тощают или даже гибнут твои дети? А может, как твоя мать, уйти служанкой в императорский дворец? Ты думаешь, там с ней хорошо обращаются? Ха-ха-ха!
Я удивленно вслушалась. Никогда раньше я не слышала о том, куда делась мать главной героини. В игре этот момент опускался за ненадобностью, в моей реальности Ми Вань тоже не спешил поделиться своим прошлым. Он вообще не упоминал её имя.
Я, если честно, думала, что она погибла.
