Лизун злобно зыркнул на меня и пополз. Вперед он выбрасывал типа двух коротких ручек, потом подтягивался на них, одновременно перетекая. При этом глаз всегда оставался наверху. И двигался он, надо сказать, довольно шустро, направляясь куда-то вглубь коридора штольни.
– А ты уверена, что он именно дорогу наружу ищет, а не ведет нас в ловушку или в тупик?
– Не уверена, – сказала Шая, быстро убирая в сумку инструменты. – Написано, что лизуны очень свободолюбивы и всегда стараются улизнуть на волю. Вот и пойдем за ним на волю.
– Свобода лучше несвободы наличием свободы, – философски заметил я и двинулся вслед за одноглазым либералом.
Вагонетки с породой в шахте перемещались, судя по всему, с помощью гужевого транспорта. Поэтому штольни здесь были довольно просторные, так что с нашими ездовыми животными мы проходили без труда. Когда лизун свернул в какой-то боковой ход, в котором я до этого не был, мне в чат постучала Даша.
Я принял предложенную валькирией группу.
И отключилась.
– Слышь, омлет, ты куда нас привел?
Я склонился над остановившимся лизуном. Мои худшие предположения оправдались, коридор заканчивался тупиком – гладкой плоской плитой серого камня. Лизун повращал глазом и вытянул в мою сторону короткий отросток. То ли средний палец показал, то ли объяснить что-то попытался, поди пойми. Я почесал в бороде и уставился на возникшее перед нами препятствие. И через несколько секунд разглядел едва проступающие на серой поверхности руны.
– Тут что-то написано, – поведал я Шае.
– Где?
– Да, вот же, – указал я рукой.
– Ничего не вижу. Погоди.
Она порылась в сумке, вынула очередную колбочку, сыпанула на ладонь горсть порошка и сильно дунула. Вверх взвилось облачко серебристых искорок и зависло там. Буквы стали видны отчетливо.
– Это гномьи руны, – сказала девочка. Написано… сейчас. «Проход запечатан гроссмастером Арадуном Пятым. Не входить. Имя печати «Огамат Эзбад».
Стоило Шае произнести последние слова, как в скале что-то треснуло, и плита, закрывающая коридор, начала медленно уползать в стену.
– Это хорошо, что ты гномий язык знаешь. Только имя печати могла бы вслух и не читать. Что это, кстати, значит – «Огамат Эзбад»?
– Что-то типа Нехороший Лорд.
Мне пришла в голову мысль, что Шая может знать язык, которым написана записка из библиотеки. Но лизун уже резво двинулся в образовавшийся проход, и мы последовали за ним. Потом спрошу.
Мы уже минут сорок тащились за нашим проводником. Шая впереди, я сзади, ведя животных в поводу. Я уже совершенно потерялся в коридорах и поворотах, поэтому бездумно брел вперед. Хотел уже было еще раз написать Дарье в чат и справиться об успехах разведывательной операции, как вдруг девочка внезапно ойкнула и стремительно юркнула мне за спину. Подняв голову, я буквально оторопел. Проход заканчивался просторной пещерой. Света в ней было не много, но вполне достаточно, чтобы различить трех существ, находящихся в ее центре. На роскошном ковре вальяжно возлежал демон. Бронзовая кожа оголенного торса, козлиные рога, копыта, заостренные волосатые уши, пальцы с длинными острыми ногтями – настоящий демонюга. Роста в нем было метра под три. По сторонам от него сидели две демоницы или суккубы. По крайней мере, они выглядели более человечнее и куда привлекательнее своего патрона, хотя хвосты и рожки, насколько я мог различить отсюда, у них тоже имелись.
– Входите, путники, – доброжелательно произнес демон мощным голосом. – Больше ста лет здесь не было гостей, с тех пор, как мастер Арадун, да не затупится его кирка в чертогах вечности, запечатал вход.
У меня замигала иконка чата, но я решил, что сейчас не время для общения.
– Стой здесь, – шепнул я Шае через плечо.
– Нет-нет, – слуху демона можно было позавидовать, – входите все, таковы законы гостеприимства.
И мы медленно вошли в пещеру. Две демоницы, восточные одеяния которых мало что скрывали, поднялись и, почти не касаясь пола, неуловимо переместились к нам, закружившись вокруг Шаи:
– Какая прелесть, – проворковала одна.
– Можно я с ней поиграю? – обратилась к демону вторая.
Я взял девочку за руку и притянул поближе к себе.
– Простите за беспокойство, – попытался изобразить я улыбку, – просто мимо шли. Мы уже уходим.
Лизун, насколько я видел, уполз далеко вперед и сейчас пытался проскользнуть мимо хозяина пещеры. Тот двумя ногтями подцепил его и бросил в пустую золотую чашу, стоящую перед ним на ковре среди другой посуды.
