Ему пришлось повторить дважды прежде, чем до Шляпника дошло.
С этими словами и шагнул обратно в сияющую Нору.
Абсолем без сил опустился ему на ладонь. Большая синяя бабочка с хрустальными глазами.
-Возьми меня с собой, Илосович Стейн. Я не успел предупредить вас, но я постараюсь тебе помочь.
Стейн кивнул, осторожно пересадив бывшую Гусеницу себе на плечо. Затем вынул из потайного кармашка старую замусоленную карту с капелькой крови, указывающей путь...
====== Часть 9. ======
Когда дом засветился и внезапно задрожал как при землетрясении, перепуганный до смерти Чарли мертвой хваткой вцепился в дверной косяк. Его сильно затошнило, но поскольку мальчик ничего не ел с самого завтрака (а был уже полдень), то он просто усилием загнал тошноту обратно и зажмурился. Было очень страшно. Тем более, что даже когда дом перестал трястись, изнутри его, из комнат стали доноситься странные, пугающие звуки. И они всё приближались. Напуганный Чарли подбежал к стене и снял с неё старинную саблю, принадлежавшую ещё дедушке его мамы. Сабля была тяжелая, но вытряхнув её из ножен, мальчик убедился, что сталь остро отточена и представляет собой грозное оружие. Осторожно приоткрыв дверь, он выглянул из дома и ахнул. Дом стоял на бескрайней лавовой равнине. Повсюду струились огненные реки, огибая обломки скал, тропинки. Легкие резало от душного, раскаленного воздуха. Чарли закрыл дверь и сжался в комок. Либо туда, в огненный кошмар, либо остаться в доме, где явно кто-то есть. И этот кто-то очень голоден. Мальчик всё ещё колебался, но тут произошло нечто, что заставило его распахнуть дверь и выбежать из дома. Из-за двери, снаружи донесся отчаянный детский крик. Валет шел быстро, почти неотрывно глядя на карту, на которой перемещалась капелька крови. Промозглый злой ветер рвал на нём одежду. Хотя была середина лета, внезапно похолодало. Мужчина шел, стараясь не отвлекаться на доносившиеся отовсюду отчаянные крики и истерические вопли мужчин и женщин. Люди звали детей, многие бегали от дома к дому. Даже мужчины рвали на себе волосы и причитали, зовя потерянных детей. Лишь возле Уайтчепела он остановился, пораженный тем, через какие места пролегал его путь. Он стоял сейчас перед доходным домом, тем самым, в котором пятнадцать лет назад познакомился с Мэри Келли, убитой выродком по-имени Джек-Потрошитель. Капля крови пульсировала на карте, дрожа, кренясь в сторону, и он последовал за ней, загнав внутрь всколыхнувшиеся воспоминания, боль потери. Он теперь почти бежал, не обращая внимания на то, что вокруг творился форменный бедлам.
Мимо метнулась какая-то женщина, причитая, зовя, размазывая краску и слёзы по щекам. Лицо её показалось Стейну знакомым, тонкие черты, большие серые глаза, морщины в уголках рта. Тогда, много лет назад их не было. Но Стейн никогда не забывал увиденные лица. И сейчас ему понадобилось лишь каких-то три-четыре секунды, чтобы воспроизвести в памяти промозглый вечер, бой в темном переулке, освещенном светом лишь одного газового фонаря, и испуганное молодое лицо. То самое, что сейчас он видел перед собой. Сам не понимая что и зачем делает, он схватил женщину за руку повыше локтя и подтянул её к себе.
-Джилл Варланд, вы помните меня?
Она вздрогнула, близоруко щурясь, всматриваясь заплаканными глазами в лицо Валета. А потом вдруг упала на колени и разрыдалась, обняв ноги мужчины.
-Это ты, миленький! Ты! О, помоги мне! Сынишка у меня пропал, Берти! Маленький совсем! Куда его понесло, ведь он совсем крошечный, всего-то три годка!
-Успокойтесь, мисс Фарланд, – Стейн опустился на одно колено, обхватив обеими руками плечи женщины. – Дети пропали везде. У меня похитили сына и дочь. Но сейчас мне понадобится помощь. Ваша помощь! Мне больше не к кому обратиться!
Валет поднялся и подял ей руку, помогая встать. Женщина иногда только всхлипывала, но больше не плакала. В её серых глазах зажегся мрачный огонек, слишком хорошо знакомый Стейну. Огонёк ярости…
