Невероятное презрение чувствовал я в словах и взгляде Ксигона. По ощущению ему даже с нами западло было разговаривать относительно на равных. Мол что эти смертные жужжат над духом? Вопросы какие-то задают, сомневаются, рассуждают. Ведь главное, что он Великий здесь, а остальное моменты второстепенные или даже третьестепенные. От нас требуется лишь заткнуться, разинуть рты и внимать.
— Навяжите врагу битву, а остальное сделаю я, — наконец произнёс жрец.
Ммм. Сандис обещал мне конкретику и вот она. «Остальное сделаю я». Ну да. Очень конкретно.
— Я обеспечу его охрану и сопровождение, — кивнул Сандис. — Дедушка далее будет использовать эту оболочку для постоянной связи с нами. Ближе к сражению, вы Михаир, можете выслать своего представителя к Ксингону. Через него получится говорить практически напрямую.
Ксигон едва заметно кивнул, с выражением лица словно делает нам огромное одолжение. Ну спасибо. Колдун посмотрел на меня ещё раз. Он словно бы уловил моё настроение и мои сомнения.
— Не страшись ничего, пастырь стада человеческого. Я здесь не для того чтобы праздно наблюдать, но для того чтобы вершить судьбы. Не пройдёт и двух месяцев как великие твердыни этой страны падут, а плач достигнет самых небес.
Всё это было сказано с такой интонацией, что даже меня чуток пробрало. А ведь я за время своей службы всякого насмотрелся и тем более наслушался. Но этот Ксигон был реально зловещий дядька. Реликт ушедшей мрачной эпохи. Я ощущал себя будто рядом с воскресшим тираннозавром, скелет которого ещё недавно украшал музей. А теперь стоит около меня, щёлкает зубами.
— Плач до небес это то, на что мы рассчитываем, — с улыбкой кивнул Сандис.
— Вы получили что хотели, а теперь оставьте меня, — потребовал жрец.
Сандис, не убирая с лица улыбку, многозначительно посмотрел в мою сторону. Мол пора на выход. Шоу окончено.
Я несколько секунд молчал, буравя взглядом неровные стены из высохшей земли. Затем, не сказав ни слова, устремился обратно. Мне хотелось скорее выбраться на свежий воздух. Спиной я чувствовал взгляд Ксигона. Тяжёлый взгляд ожившего мертвеца, пришедшего из давно забытых кошмаров эпохи богов, героев и монстров. Реликта, выбравшегося из древней усыпальницы.
Оказавшись снаружи, я ощутил тошноту и с тревогой оглядел свой отряд. Обычно дерзкая Луна смотрела на меня даже будто бы напугано. Ноций переминался с ноги на ногу.
— Что неправильно, — произнес он.
Это был не вопрос, а именно утверждение. Тонкое мировосприятие полубога ощутило присутствие чуждой и опасной силы.
Резкий порыв ветра закружил пыль, образуя небольшой вихрь. Пахло будто бы грозой, хотя количество облаков на небе не увеличилось.
— Поехали отсюда, — приказал я, не дожидаясь пока из погреба выйдет Сандис.
«Что это?» — через обратную связь с героями спросил меня Гинд. — «Погода резко переменилась. Какое-то магическое оружие?»
«Да. Наш славный триумвир Иворна опять планирует всякую херь. Надеюсь, что врагу она доставит больше проблем чем нам».
Остаток дня прошел спокойно, не считая тревожных предчувствий и ощущения надвигающейся бури. Ветер бесновался. Он поднимал пыль и приносил странные запахи, которых не должно быть в степи. Ощущалось то близкое присутствие моря, то аромат будто на цветочном лугу. Природу лихорадило.
Вечером я лёг спать пораньше. Первый же сон унёс меня далеко-далеко на Север. Я снова увидел мировое древо, окруженное буйной растительностью и цветущими садами. Была уже ночь, но мягкий свет, льющийся из могучей кроны, озарял прекрасные виды триумфа жизни.
Я остро чувствовал присутствие Нэл. Шёл вперёд к древу, чтобы встретиться с ней. Но сколько бы я не шагал, цель не становилась ближе.
— А ты ведь мог с ней остаться, — раздался где-то за спиной голос Лавертии. — Но ты решил всех спасти. Наивный человек, упустивший своё счастье. Сражайся дальше. Убивай тех, кого недавно спас.
Темнота поглотила образ мирового древа. Затем мрак рассеялся открывая мне картину просторных равнин и зелёных холмов. Горел закат. Алые блики отражались на поверхности вытянутого озера, около которого находилось множество цветастых шатров. Часть из них правда обвалились или даже выгорели.
Недалеко от этого лагеря можно было заметить следы боя. С высоты птичьего полёта это напоминало гигантскую рану на зелёном полотне равнин. Вытоптанная земля, мешанина мёртвых тел человеческих и конских. Кое-где ещё слегка блестели шлемы, украшенные бронзой, серебром или даже золотом. Здесь пали богатые, славные воины. Впрочем и более простого люда сгинуло немало.
Сэйфы, имперцы, Хэ-Чжи. Разные народы и одна судьба. Одно поле на всех.
Были здесь не только люди и животные. На двуглавом холме чуть поодаль от места основного сражения лежала огромная туша… дракона? Точно не могу разобрать, но это явно было змееподобное крылатое существо. Из тёмной чешуи в нескольких местах торчали обломанные снаряды, вероятно выпущенные из тяжелого скорпиона или даже баллисты.
